вторник, 14 июня 2016 г.

Глава V. Партия большевиков в годы подъёма рабочего движения перед Первой империалистической войной.

(1912–1914 годы).

1. Подъём революционного движения в 1912–1914 годах.

Торжество столыпинской реакции оказалось недолговечным. Не могло быть прочным правительство, которое не хотело дать народу ничего, кроме кнута и виселиц. Репрессии стали столь обычными, что они перестали пугать народ. Стала исчезать усталость рабочих, навеянная в первые годы поражения революции. Рабочие вновь стали подыматься на борьбу. Предвидение большевиков о неизбежности нового революционного подъёма оказалось правильным. Уже в 1911 году количество стачечников превышало 100 тысяч, тогда как в предыдущие годы оно составляло всего 50–60 тысяч человек. Ещё Пражская партийная конференция в январе 1912 года отметила начавшееся оживление в рабочем движении. Но настоящий подъем революционного движения начинается в апреле — мае 1912 года, когда вспыхнули массовые политические стачки в связи с ленским расстрелом рабочих.
4 апреля 1912 года на Ленских золотых приисках в Сибири во время стачки по приказу царского жандармского офицера было убито и ранено более 500 рабочих. Расстрел безоружной толпы ленских шахтёров, мирно шедших для переговоров с администрацией, взволновал всю страну. Это новое кровавое злодеяние царского самодержавия было совершено в угоду хозяевам Ленских золотых приисков — английским капиталистам, чтобы сломить экономическую забастовку шахтёров. Английские капиталисты и их русские компаньоны получали от Ленских приисков бешеные прибыли — ежегодно более 7 миллионов рублей — за счёт самой бесстыдной эксплуатации рабочих. Они платили рабочим ничтожную заработную плату, кормили их негодными, гнилыми продуктами. Не выдержав притеснений и издевательств, 6 тысяч рабочих Ленских приисков забастовали.
На ленский расстрел пролетариат ответил массовыми забастовками, демонстрациями и митингами в Петербурге, Москве, во всех промышленных центрах и районах.
«Мы были так ошеломлены и потрясены, что сразу не находили подходящих слов. Какой бы протест мы ни заявили, это было бы слабой тенью того душевного клокотания, какое каждый из нас переживал. Ничто нам не поможет: ни слезы, ни протесты, а только организованная массовая борьба», — так писали рабочие одной группы предприятий в своей резолюции.
Бурное негодование рабочих ещё больше усилилось, когда царский министр Макаров в ответ на запрос социал-демократической фракции в Государственной думе по поводу ленского расстрела нагло заявил: «Так было и так будет!». Количество участников политических стачек протеста против кровавого избиения ленских рабочих выросло до 300 тысяч.
Ленские дни, словно ураган, ворвались в ту атмосферу «успокоения», которая была создана столыпинским режимом.
Вот что писал по этому поводу т. Сталин в большевистской Петербургской газете «Звезда» в 1912 году:
«Ленские выстрелы разбили лёд молчания, и — тронулась река народного движения. Тронулась!.. Все, что было злого и пагубного в современном режиме, все, чем болела многострадальная Россия — все это собралось в одном факте, в событиях на Лене. Вот почему именно ленские выстрелы послужили сигналом забастовок и демонстраций».
Напрасно ликвидаторы и троцкисты хоронили революцию. Ленские события показали, что революционные силы живы, что в рабочем классе накопилась огромная масса революционной энергии. Первомайские забастовки 1912 года охватили около 400 тысяч рабочих. Стачки эти носили яркий политический характер, проходили под большевистскими революционными лозунгами: демократическая республика, 8-часовой рабочий день, конфискация всей помещичьей земли. Эти основные лозунги были рассчитаны на то, чтобы объединять не только широкие массы рабочих, но и крестьян и солдат для революционного натиска против самодержавия.
«Грандиозная майская забастовка всероссийского пролетариата и связанные с ней уличные демонстрации, революционные прокламации и революционные речи перед толпами рабочих ясно показали, что Россия вступила в полосу революционного подъёма», — писал Ленин в статье «Революционный подъем» (Ленин, т. XV, стр. 533).
Встревоженные революционностью рабочих, ликвидаторы выступили против стачечной борьбы, называя её «стачечным азартом». Революционную борьбу пролетариата ликвидаторы и их союзник Троцкий хотели подменить «петиционной кампанией». Рабочим предлагалось подписать бумажку, «петицию», с просьбой о «правах» (об отмене ограничений союзов, стачек и т. п.), чтобы потом эту бумажку направить в Государственную думу. Ликвидаторам удалось собрать только 1.300 подписей, в то время как вокруг революционных лозунгов, выдвинутых большевиками, сплотились сотни тысяч рабочих.
Рабочий класс шёл по пути, указанному большевиками.
Экономическая обстановка в стране в этот период представляла следующую картину.
Промышленный застой уже в 1910 году сменился оживлением, расширением производства в основных отраслях промышленности. Если выплавка чугуна в 1910 году составляла 186 миллионов пудов, а в 1912 году — 256, то в 1913 году составляла 283 миллиона пудов. Выработка каменного угля в 1910 году равнялась 1.522 миллионам пудов, а в 1913 году — уже 2.214 миллионам пудов.
Одновременно с ростом капиталистической промышленности шёл быстрый рост пролетариата. Особенностью развития промышленности являлась дальнейшая концентрация производства на крупных и крупнейших предприятиях. Если в 1901 году на крупных предприятиях с количеством 500 и выше рабочих работало 46,7% всего количества рабочих, то в 1910 году на предприятиях такого типа работало уже около 54%, то есть больше половины всех рабочих. Это была небывалая концентрация промышленности. Даже в такой развитой промышленной стране, как Северная Америка, в это время на крупных предприятиях работало лишь около трети всех рабочих.
Рост и сосредоточенность пролетариата на крупных предприятиях при наличии такой революционной партии, как партия большевиков, превращали рабочий класс России в величайшую силу политической жизни страны. Варварские формы эксплуатации рабочих на предприятиях в соединении с нестерпимым полицейским режимом царских опричников придавали каждой серьёзной, стачке политический характер. Переплетение же экономической и политической борьбы придавало массовым стачкам особую революционную силу.
В авангарде революционного рабочего движения шёл героический пролетариат Петербурга, за Петербургом шли Прибалтийский край, Москва и Московская губерния, затем Поволжье и юг России. В 1913 году движение охватывает Западный край, Польшу, Кавказ. Всего в 1912 году бастовало по официальным отчётам 725 тысяч, а по другим более полным данным — свыше миллиона рабочих, в 1913 году по официальным отчётам — 661 тысяча, а по более полным данным — 1.272 тысячи. В первой половине 1914 года участвовало в стачках уже около полутора миллионов рабочих.
Таким образом, революционный подъем 1912–1914 годов, размах стачечного движения приближали страну к обстановке начала революции 1905 года.
Революционные массовые стачки пролетариата имели общенародное значение. Они были направлены против самодержавия. Стачки встречали сочувствие огромного большинства трудящегося населения. Фабриканты и заводчики мстили рабочим за забастовки локаутами. В 1913 году в Московской губернии капиталисты выбросили на улицу 50 тысяч текстильщиков. В марте 1914 года в Петербурге в один день было рассчитано 70 тысяч рабочих. Рабочие других предприятий и отраслей промышленности помогали забастовавшие и подвергшимся локауту товарищам массовыми денежными сборами, иногда забастовками солидарности.
Подъем рабочего движения и массовые стачки будили и втягивали в борьбу также крестьянские массы. Крестьяне снова поднимались на борьбу против Помещиков, уничтожали помещичьи имения и кулацкие хутора. За 1910–1914 годы произошло свыше 13 тысяч крестьянских выступлений.
Начались революционные выступления и в войсках. В 1912 году произошло вооружённое выступление среди войск в Туркестане. Назревали восстания в Балтийском флоте и Севастополе.
Революционное стачечное движение и демонстрации, руководимые большевистской партией, показывали, что рабочий класс ведёт борьбу не за частичные требования, не за «реформы», а за освобождение народа от царизма. Страна шла навстречу новой революции.
Для того, чтобы быть поближе к России, Ленин переехал из Парижа летом 1912 года в Галицию (бывшая Австрия). Здесь под его председательством состоялись два совещания членов ЦК и ответственных работников: одно — в Кракове в конце 1912 года и другое — осенью 1913 года в местечке Поронино, около Кракова. На этих совещаниях были приняты решения по важнейшим вопросам рабочего движения: о революционном подъёме, о стачках и задачах партии, об укреплении нелегальных организаций, о думской социал-демократической фракции, о партийной прессе, о страховой кампании.

2. Большевистская газета «Правда». Большевистская фракция в IV Государственной думе.

Могучим оружием в руках большевистской партии в деле укрепления своих организаций и завоевания влияния в массах явилась ежедневная большевистская газета «Правда», издававшаяся в Петербурге. Она была основана согласно указанию Ленина, по инициативе Сталина, Ольминского и Полетаева. Массовая рабочая газета «Правда» родилась вместе с новым подъёмом революционного движения. 22 апреля (5 мая по новому стилю) 1912 года вышел её первый номер. Это было настоящим праздником для рабочих. В честь появления «Правды» было решено считать 5 мая днём праздника рабочей печати.
Ещё до «Правды» выходила еженедельная большевистская газета «Звезда», предназначенная для передовых рабочие. «Звезда» сыграла большую роль в ленские дни. В ней был помещён ряд боевых политических статей Ленина и Сталина, мобилизовавших рабочий класс на борьбу. Но в условиях революционного подъёма еженедельной газеты для большевистской партии было уже недостаточно. Нужна была ежедневная массовая политическая газета, рассчитанная на самые широкие слои рабочих. Такой газетой и была «Правда».
В этот период роль «Правды» была исключительно велика. «Правда» завоёвывала на сторону большевизма широкие массы рабочего класса. В обстановке беспрестанных полицейских преследований, штрафов, конфискаций за помещение не понравившихся цензуре статей и корреспонденции «Правда» могла существовать только при активной поддержке десятков тысяч передовых рабочих. Огромные денежные штрафы могли уплачиваться «Правдой» только благодаря широким сборам среди рабочих. Нередко значительная часть тиража конфискованных номеров «Правды» все же попадала к читателю, так как передовые рабочие ещё с ночи приходили в типографию и уносили с собой пачки газет.
Царское правительство за два с половиной года восемь раз закрывало «Правду», но при поддержке рабочих она снова начинала выходить под новым, сходным названием, например — «За правду», «Путь правды», «Трудовая правда».
В то время, как «Правда» расходилась в среднем по 40 тысяч экземпляров в день, тираж меньшевистской ежедневной газеты «Луч» не превышал 15–16 тысяч.
Рабочие считали «Правду» своей рабочей газетой, относились к ней с большим доверием и чутко прислушивались к её голосу. Каждый экземпляр «Правды», переходя из рук в руки, обслуживал десятки читателей, формировал их классовое сознание, воспитывал, организовывал, звал на борьбу.
О чем писала «Правда»?
В каждом номере «Правды» помещались десятки корреспонденции рабочих, в которых описывалась рабочая жизнь, зверская эксплуатация, различные притеснения и издевательства капиталистов, их управляющих и мастеров над рабочими. Это были острые, меткие обличения капиталистических порядков. Нередко в заметках «Правды» сообщалось о самоубийствах голодающих безработных, отчаявшихся найти работу.
«Правда» писала о нуждах и требованиях рабочих разных фабрик и отраслей промышленности, писала, как рабочие борются за свои требования. Почти в каждом номере писалось о стачках на различных предприятиях. Когда происходили крупные, длительные стачки, газета организовывала рабочих других предприятий и отраслей промышленности для помощи стачечникам своими сборами. Иногда в стачечные фонды собирались десятки тысяч рублей — громадные по тем временам суммы, если принять во внимание, что большинство рабочих получало всего по 70–80 копеек в день. Это воспитывало рабочих в духе пролетарской солидарности и сознания единства интересов всех рабочих.
На каждое политическое событие, на каждую победу или поражение рабочие откликались присылкой в «Правду» писем, приветствий, протестов и т. д. В своих статьях «Правда» освещала задачи рабочего движения с последовательной большевистской точки зрения. Легальная газета не могла прямо призывать к свержению царизма. Приходилось писать намёками, которые хорошо понимали сознательные рабочие и разъясняли массам. Когда, например, в «Правде» писалось о «полных и неурезанных требованиях пятого года», рабочие понимали, что речь идёт о революционных лозунгах большевиков — о лозунгах за свержение царизма, за демократическую республику, за конфискацию помещичьей земли, за 8-часовой рабочий день.
«Правда» организовала передовых рабочих накануне выборов в IV думу. Она разоблачала предательскую позицию сторонников соглашения с либеральной буржуазией, сторонников «столыпинской рабочей партии» — меньшевиков. «Правда» призывала рабочих голосовать за сторонников «неурезанных требований пятого года», то есть за большевиков. Выборы были многостепенные. Сначала на собраниях рабочих выбирали уполномоченных, потом уполномоченные выбирали выборщиков, а уж выборщики участвовали в выборах рабочего депутата в думу. В день выборов «Правда» опубликовала список выборщиков-большевиков, за который рекомендовала голосовать рабочим. Опубликовать заранее этот список нельзя было, чтобы не подвергнуть намеченных кандидатов опасности ареста.
«Правда» помогала организовать выступления пролетариата. В момент большого локаута в Петербурге весной 1914 года, когда нецелесообразно было объявить массовую стачку, «Правда» призывала рабочих к другим формам борьбы — к массовым митингам на заводах, к демонстрациям на улице. Прямо писать об этом в газете нельзя было. Но этот призыв был понятен сознательным рабочим, читавшим статью Ленина под скромным заголовком «О формах рабочего движения», в которой говорилось, что стачку в данный момент надо заменять более высокой формой рабочего движения, что означало призыв к организации митингов и демонстраций.
Так осуществлялось сочетание нелегальной революционной деятельности большевиков с легальной агитацией и организацией рабочих масс через «Правду».
«Правда» писала не только о рабочей жизни, о рабочих стачках и демонстрациях. «Правда» систематически освещала крестьянскую жизнь, голодовки крестьянства, эксплуатацию крестьян крепостниками-помещиками, ограбление лучшей крестьянской земли кулаками-хуторянами в результате столыпинской «реформы». «Правда» показывала сознательным рабочим, как много горючего материала накопилось в деревне. «Правда» учила пролетариат, что задачи революции 1905 года не разрешены, что предстоит новая революция. «Правда» учила, что в этой второй революции пролетариат должен выступить настоящим вождём, руководителем народа, что он будет иметь в этой революции такого сильного союзника, как революционное крестьянство.
Меньшевики добивались того, чтобы пролетариат бросил думать о революции. Меньшевики внушали рабочим: бросьте думать о народе, о голодовках крестьян, о господстве черносотенных помещиков-крепостников, боритесь лишь за «свободу коалиций», подавайте об этом «петиции» царскому правительству. Большевики разъясняли рабочим, что эта меньшевистская проповедь отказа от революции, отказа от союза с крестьянством ведётся в интересах буржуазии, что рабочие наверняка победят царизм, если они привлекут на свою сторону крестьянство, как своего союзника, что дурные пастыри, вроде меньшевиков, должны быть отброшены прочь, как враги революции.
О чем писала «Правда» в отделе «Крестьянская жизнь»?
Возьмём для примера несколько корреспонденции за 1913 год.
Корреспонденция под заголовком «Аграрное дело» сообщала из Самары, что из 45 крестьян села Новохасбулата Бугульминского уезда, обвиняемых в сопротивлении землемеру при выделении отрубщикам общественной земли, значительная часть приговорена к длительному тюремному заключению.
Коротенькая корреспонденция из Псковской губернии сообщала: «Крестьяне села Псица (близ станции Завалье) оказали вооружённое сопротивление стражникам. Есть раненые. Причина столкновения — аграрные недоразумения. В Псицу стянуты стражники; туда же выехали вице-губернатор и прокурор».
Корреспонденция из Уфимской губернии сообщала о распродаже крестьянских наделов, о том, что голод и закон о выходе из сельской общины усилили процесс обезземеления крестьян. Вот хутор Борисовка. Здесь 27 домов, которые владеют 543 десятинами пахотной земли. За время голода 5 домохозяев продали в вечность 31 дес. по 25–33 руб. за десятину, а земля стоит раза в 3–4 дороже. Здесь же 7 домов заложили 177 дес., получив по 18–20 руб. за десятину на 6 лет по 12 процентов в год. Если принять во внимание обнищалость населения и бешеные проценты, то с уверенностью можно сказать: из 177 десятин половина должна перейти в руки ростовщика, ибо такую громадную сумму в течение 6 лет вряд ли сможет уплатить и половина должников.
В своей статье «Крупное помещичье и мелкое крестьянское землевладение в России», опубликованной в «Правде», Ленин наглядно показывал рабочим и крестьянам, какие громадные земельные богатства находятся в руках паразитов-помещиков. Только у 30 тысяч крупнейших помещиков было около 70 миллионов десятин земли. Столько же земли приходилось на долю 10 миллионов крестьянских дворов. На каждого крупного помещика в среднем приходилось по 2.300 десятин, на каждый крестьянский двор, считая и кулацкие дворы, — в среднем 7 десятин, при этом 5 миллионов маломощных крестьянских дворов, то есть половина всего крестьянства, имели на двор не более одной — двух десятин земли. Эти факты наглядно показывали, что корень крестьянской нищеты и голодовок лежит в крупном помещичьем землевладении, в пережитках крепостничества, от которых крестьянство может избавиться лишь через революцию, руководимую рабочим классом.
Через рабочих, связанных с деревней, «Правда» проникала в деревню, пробуждая к революционной борьбе передовых крестьян.
В период создания «Правды» нелегальные социал-демократические организации находились целиком в руках большевиков. Легальные же формы организации — думская фракция, печать, страховые кассы, профсоюзы — не были ещё вполне отвоёваны у меньшевиков. Нужна была решительная борьба большевиков за изгнание ликвидаторов из легальных организаций рабочего класса. Эта борьба увенчалась успехом, благодаря «Правде».
«Правда» стояла в центре борьбы за партийность, за воссоздание массовой рабочей революционной партии. «Правда» сплачивала легальные организации вокруг подпольных очагов большевистской партии и направляла рабочее движение к одной определённой цели — к подготовке революции.
У «Правды» было огромное количество рабочих корреспондентов. Только за один год в ней было напечатано свыше 11 тысяч рабочих корреспонденции. Но «Правда» связывалась с рабочими массами не только путём писем и корреспонденции. Многочисленные рабочие с предприятий каждый день заходили в редакцию. В редакции «Правды» была сосредоточена значительная часть организационной работы партии. Здесь устраивались встречи с представителями местных партийных ячеек, сюда приходили сведения о партийной работе на фабриках и заводах, отсюда передавались партийные директивы Петербургского комитета и Центрального Комитета партии.
В результате двух с половиной лет упорной борьбы с ликвидаторами за воссоздание массовой революционной рабочей партии большевики добились того, что к лету 1914 года за большевистской партией, за «правдистской» тактикой шло четыре пятых активных рабочих России. Об этом говорил, например, тот факт, что из общего количества 7 тысяч рабочих групп, делавших в 1914 году сборы на рабочие газеты, 5.600 групп собирали деньги на большевистскую печать и только 1.400 групп — на меньшевистскую. У меньшевиков зато было много «богатых друзей» из либеральной буржуазии и буржуазной интеллигенции, которые давали больше половины средств, необходимых на содержание меньшевистской газеты.
Большевиков тогда называли «правдистами». С «Правдой» росло целое поколение революционного пролетариата, которое провело потом Октябрьскую социалистическую революцию. За «Правдой» стояли десятки и сотни тысяч рабочих. В годы революционного подъёма (1912–1914) был заложен прочный фундамент массовой большевистской партии, которого не могли разрушить никакие преследования царизма в период империалистической войны.
«Правда» 1912 года — это закладка фундамента для победы большевизма в 1917 году» (Сталин).
Другим общероссийским легальным органом партии была большевистская фракция в IV Государственной думе.
В 1912 году правительство назначило выборы в IV думу. Участию в выборах наша партия придавала большое значение. Думская социал-демократическая фракция и газета «Правда» являлись основными опорными легальными пунктами общероссийского масштаба, через которые большевистская партия проводила свою революционную работу в массах.
Большевистская партия выступила на выборах в думу самостоятельно, под своими собственными лозунгами, нанося удары одновременно и правительственным партиям и либеральной буржуазии (кадетам). Избирательную кампанию большевики вели под лозунгами демократической республики, 8-часового рабочего дня, конфискации помещичьей земли.
Выборы в IV думу происходили осенью 1912 года. В начале октября правительство, недовольное ходом выборов в Петербурге, попыталось нарушить избирательные права рабочих на ряде крупнейших заводов. В ответ на это Петербургский комитет нашей партии, по предложению тов. Сталина, призвал рабочих крупнейших предприятий к однодневной забастовке. Поставленное в затруднительное положение, правительство вынуждено было уступить, и рабочие на собраниях получили возможность выбирать тех, кого хотели. Рабочие громадным большинством голосовали за «Наказ» уполномоченным и депутату, составленный тов. Сталиным. «Наказ петербургских рабочих своему рабочему депутату» напоминал о неразрешённых задачах 1905 года.
«...Мы думаем, — говорилось в «Наказе», — что Россия живёт накануне грядущих массовых движений, быть может, более глубоких, чем в пятом году... Застрельщиком этих движений будет, как и в пятом году, наиболее передовой класс русского общества, русский пролетариат. Союзником же его может быть лишь многострадальное крестьянство, кровно заинтересованное в раскрепощении России».
«Наказ» заявлял, что будущие выступления народа должны принять форму борьбы на два фронта — как против царского правительства, так и против либеральной буржуазии, ищущей соглашения с царизмом.
Ленин придавал большое значение «Наказу», призывавшему рабочих к революционной борьбе. И рабочие в своих резолюциях откликались на этот призыв.
Большевики победили на выборах, и в думу от рабочих Петербурга был избран тов. Бадаев.
Рабочие выбирали в думу отдельно от остальных слоёв населения (так называемая рабочая курия). Из девяти депутатов от рабочей курии шесть были членами большевистской партии: Бадаев, Петровский, Муранов, Самойлов, Шагов и Малиновский (впоследствии оказавшийся провокатором). Большевистские депутаты прошли от крупнейших промышленных центров, в которых насчитывалось не менее 4/5 рабочего класса. Но некоторые ликвидаторы были избраны не от рабочих, то есть не по рабочей курии. Поэтому в думе оказалось 7 ликвидаторов против 6 большевиков. Первоначально большевики и ликвидаторы образовали в думе одну общую социал-демократическую фракцию. После упорной борьбы с ликвидаторами, мешавшими революционной работе большевиков, депутаты-большевики в октябре 1913 года, по указанию ЦК большевистской партии, вышли из объединённой социал-демократической фракции и образовали самостоятельную большевистскую фракцию.
Большевистские депутаты выступали в думе с революционными речами, в которых разоблачали самодержавный строй, делали запросы правительству о расправах с рабочими, о бесчеловечной эксплуатации рабочих капиталистами.
Они выступали в думе также по аграрному вопросу, призывали в своих речах крестьян к борьбе против крепостников-помещиков, разоблачали кадетскую партию, стоявшую против конфискации помещичьих земель и передачи их крестьянам.
Большевики внесли в Государственную думу законопроект о 8-часовом рабочем дне, который, конечно, не был принят черносотенной думой, но сыграл большую агитационную роль.
Большевистская фракция в думе была тесно связана с ЦК партии, с Лениным и получала от него указания. Непосредственно руководил ею во время своего пребывания в Петербурге тов. Сталин.
Не ограничиваясь работой в думе, депутаты-большевики развили большую деятельность вне думы. Они выезжали на фабрики и заводы, ездили по рабочим центрам страны с докладами, устраивали тайные собрания, на которых разъясняли решения партии, создавали новые партийные организации. Депутаты умело сочетали легальную деятельность с нелегальной, подпольной работой.

3. Победа большевиков в легальных организациях. Дальнейший рост революционного движения. Канун империалистической войны.

Партия большевиков показала в этот период образцы руководства всеми формами и проявлениями классовой борьбы пролетариата. Она строила подпольные организации. Она издавала нелегальные листовки. Она вела тайную революционную работу в массах. Вместе с тем она все больше овладевала различными легальными организациями рабочего класса. Партия стремилась завоевать профессиональные союзы, народные дома, вечерние университеты, клубы, страховые учреждения. Эти легальные организации издавна служили приютом для ликвидаторов. Большевики повели энергичную борьбу за превращение легальных обществ в опорные пункты нашей партии. Искусно соединяя нелегальную работу с легальной, большевики завоевали на свою сторону в обеих столицах большинство профессиональных объединений. Особенно блестящую победу большевики одержали при выборах в 1913 году правления союза металлистов в Петербурге: на собрании из 3 тысяч металлистов едва 150 человек голосовало за ликвидаторов.
То же самое нужно сказать о такой легальной организации, так социал-демократическая фракция в IV Государственной думе. Хотя у меньшевиков было в думе 7 депутатов, а у большевиков 6 депутатов, меньшевистская семёрка, прошедшая главным образом от нерабочих районов, представляла едва 1/5 часть рабочего класса, тогда как большевистская шестёрка, прошедшая от основных промышленных центров страны (Петербург, Москва, Иваново-Вознесенск, Кострома, Екатеринослав, Харьков), представляла более 4/5 рабочего класса страны. Рабочие считали своими депутатами шестёрку (Бадаев, Петровский и др.), а не семёрку.
Большевикам удалось завоевать легальные организации потому, что они, несмотря на дикие преследования царизма и травлю со стороны ликвидаторов и троцкистов, сумели сохранить нелегальную партию и твёрдую дисциплину в своих рядах, стойко защищали интересы рабочего класса, были тесно связаны с массами и вели непримиримую борьбу с врагами рабочего движения.
Таким образом, победа большевиков и поражение меньшевиков в легальных организациях развивались по всей линии. Как в области агитации с думской трибуны, так и в области рабочей печати и других легальных организаций меньшевики были отброшены на задний план. Охваченный революционным движением рабочий класс определённо сплачивался вокруг большевиков, отбрасывая прочь меньшевиков.
В довершение ко всему меньшевики оказались банкротами в области национального вопроса. Революционное движение на окраинах России требовало ясной программы по национальному вопросу. Но у меньшевиков не оказалось никакой программы, если не считать «культурную автономию» Бунда, которая никого не могла удовлетворить. Только у большевиков оказалась марксистская программа по национальному вопросу, изложенная в статье тов. Сталина «Марксизм и национальный вопрос» и в статьях Ленина «О праве наций на самоопределение» и «Критические заметки по национальному вопросу».
Не удивительно, что после таких поражений меньшевизма Августовский блок стал трещать по всем швам. Составленный из разношёрстных элементов, он не выдержал напора большевиков и стал распадаться на части. Созданный для борьбы с большевиками. Августовский блок вскоре распался под ударами большевиков. Сначала ушли из блока вперёдовцы (Богданов, Луначарский и др.), потом вышли латыши, потом разбрелись остальные.
Потерпев поражение в борьбе с большевиками, ликвидаторы обратились за помощью ко II Интернационалу. II Интернационал пришёл им на помощь. Под видом «примирения» большевиков с ликвидаторами, под видом установления «мира в партии» II Интернационал потребовал от большевиков прекращения критики соглашательской политики ликвидаторов. Но большевики были непримиримы: они отказались подчиниться решениям оппортунистического II Интернационала и не пошли ни на какие уступки.
Победа большевиков в легальных организациях не была и не могла быть случайностью. Она не была случайностью не только потому, что только большевики имели правильную марксистскую теорию, ясную программу и закалённую в боях революционную пролетарскую партию. Она не была случайностью ещё потому, что победа большевиков отражала рост революционного подъёма.
Революционное движение рабочих все больше развёртывалось, захватывая новые города и области. С наступлением 1914 года стачки рабочих не только не стали затихать, а, наоборот, стали развёртываться с новой силой. Стачки становились все более упорными, захватывали все большее количество рабочих. 9 января бастовало 250 тысяч рабочих, из них 140 тысяч — в Петербурге. 1 мая бастовало свыше полумиллиона, из них в Петербурге — более 250 тысяч. В забастовках рабочие проявляли необыкновенную стойкость. На Обуховском заводе в Петербурге забастовка продолжалась больше двух месяцев, на заводе Лесснер — около трёх месяцев. Массовые отравления на ряде предприятий Петербурга вызвали забастовку 115 тысяч рабочих и вслед за этим демонстрации. Движение продолжало нарастать. Всего за первое полугодие 1914 года (включая и начало июля) бастовало 1.425 тысяч рабочих.
В мае началась всеобщая забастовка нефтепромышленных рабочих в Баку, приковавшая к себе внимание всего пролетариата России. Стачка проходила организованно. 20 июня в Баку произошла демонстрация 20 тысяч рабочих. Полиция приняла против бакинских рабочих свирепые меры. В знак протеста и солидарности с бакинскими рабочими началась стачка в Москве, перебросившаяся в другие районы.
3 июля на Путиловском заводе в Петербурге происходил митинг по поводу Бакинской стачки. Полиция стреляла в рабочих. Громадное возбуждение охватило петербургский пролетариат. 4 июля в Петербурге по призыву Петербургского комитета партии забастовало в знак протеста 90 тысяч рабочих, 7 июля бастовало 130 тысяч, 8 июля — 150 тысяч, 11 июля — 200 тысяч.
Все заводы были охвачены волнением, всюду происходили митинги и демонстрации. Дело дошло до попыток строить баррикады. Баррикады строились также в Баку и Лодзи. В ряде пунктов полиция стреляла в рабочих. Для подавления движения правительство предприняло «чрезвычайные» меры, столица была превращена в военный лагерь, «Правда» была закрыта.
Но в это время появилась на сцене новая сила международного порядка — империалистическая война, — которая должна была изменить ход событий. Как раз во время июльских революционных событий в Петербург приехал для переговоров с царём о начале предстоящей войны французский президент Пуанкаре. Через несколько дней Германия объявила войну России. Царское правительство воспользовалось войной для того, чтобы разгромить большевистские организации и подавить рабочее движение. Подъем революции был прерван мировой войной, в которой царское правительство искало спасения от революции.

КРАТКИЕ ВЫВОДЫ.

В годы нового революционного подъёма (1912–1914) партия большевиков возглавила рабочее движение и вела его под большевистскими лозунгами к новой революции. Партия сумела осуществить соединение нелегальной работы с легальной. Ломая сопротивление ликвидаторов и их друзей — троцкистов и отзовистов, она овладела всеми формами легального движения и сделала легальные организации опорными пунктами своей революционной работы.
Борясь с врагами рабочего класса и их агентами в рабочем движении, партия укрепила свои ряды и расширила свои связи с рабочим классом. Широко используя думскую трибуну для революционной агитации и создав замечательную массовую рабочую газету «Правда», партия воспитала новое поколение революционных рабочих — правдистов. Этот слой рабочих в годы империалистической войны остался верен знамени интернационализма и пролетарской революции. Он же составлял потом ядро большевистской партии в дни Октябрьской революции в 1917 году.
Накануне империалистической войны партия руководила революционными выступлениями рабочего класса. Это были авангардные бои, прерванные империалистической войной, но возобновившиеся потом, через три года, для того, чтобы свергнуть царизм. В тяжёлую полосу империалистической войны большевистская партия вступала с развёрнутыми знамёнами пролетарского интернационализма.


Вернуться к оглавлению.

Комментариев нет: