вторник, 14 июня 2016 г.

Глава VI. Партия большевиков в период империалистической войны. Вторая революция в России.

(1914 г. — март 1917 г.).

1. Возникновение и причины империалистической войны.

14 (27) июля 1914 года царское правительство объявило всеобщую мобилизацию. 19 июля (1 августа) Германия объявила войну России.
Россия вступила в войну.
Ещё задолго до начала войны Ленин, большевики предвидели её неизбежность. На международных съездах социалистов Ленин выступал со своими предложениями, направленными к тому, чтобы определить революционную линию поведения социалистов в случае возникновения войны.
Ленин указывал, что войны — неизбежный спутник капитализма. Грабёж чужих земель, завоевание и ограбление колоний, захват новых рынков не раз служили причиной завоевательных войн капиталистических государств. Война для капиталистических стран является таким же естественным и законным состоянием, как эксплуатация рабочего класса.
В особенности войны стали неизбежны, когда капитализм в конце ХIХ и в начале XX века окончательно перерос в высшую и последнюю ступень своего развития — империализм. При империализме приобрели решающую роль в жизни капиталистических государств мощные объединения (монополии) капиталистов и банки. Финансовый капитал стал хозяином в капиталистических государствах. Финансовый капитал требовал новых рынков, захвата новых колоний, новых мест для вывоза капитала, новых источников сырья.
Но уже в конце ХIХ века вся территория земного шара оказалась поделённой между капиталистическими государствами. Между тем, развитие капитализма в эпоху империализма происходит крайне неравномерно и скачкообразно: одни страны, ранее бывшие на первом месте, развивают свою промышленность сравнительно медленно, другие, ранее бывшие отсталыми, быстрыми скачками нагоняют и перегоняют их. Изменялось соотношение экономических и военных сил империалистических государств. Появлялось стремление к новому переделу мира. Борьба за новый передел мира вызывала неизбежность империалистической войны. Война 1914 года была войной за передел мира и сфер влияния. Она задолго подготовлялась всеми империалистическими государствами. Её виновники — империалисты всех стран.
В особенности же эта война подготовлялась Германией и Австрией, с одной стороны, Францией, Англией и зависимой от них Россией — с другой. В 1907 году возникло Тройственное согласие, или Антанта, — союз Англии, Франции и России. Другой империалистический союз составляли Германия, Австро-Венгрия и Италия. Но Италия в начале войны 1914 года вышла из этого союза, а затем примкнула к Антанте. Германию и Австро-Венгрию поддерживали Болгария и Турция.
Подготовляясь к империалистической войне, Германия стремилась отнять у Англии и Франции колонии, у России — Украину, Польшу, Прибалтику. Германия угрожала господству Англии на Ближнем Востоке, построив Багдадскую железную дорогу. Англия боялась роста морских вооружений Германии.
Царская Россия стремилась к разделу Турции, мечтала о завоевании проливов из Чёрного моря к Средиземному морю (Дарданеллы), о захвате Константинополя. В планы царского правительства входил также захват Галиции — части Австро-Венгрии.
Англия стремилась посредством войны разбить своего опасного конкурента — Германию, товары которой перед войной стали все больше вытеснять английские товары на мировом рынке. Кроме того, Англия намеревалась захватить у Турции Месопотамию, Палестину и твёрдо обосноваться в Египте.
Французские капиталисты стремились захватить у Германии богатые углём и железом Саарский бассейн и Эльзас-Лотарингию, которая была отнята Германией у Франции в войне 1870–1871 годов.
Таким образом, к империалистической войне привели крупнейшие противоречия между двумя группами капиталистических государств.
Эта грабительская война за передел мира затрагивала интересы всех империалистических стран, и поэтому в неё оказались в дальнейшем втянутыми Япония, Соединённые Штаты Америки и ряд других государств.
Война стала мировой.
Империалистическая война подготовлялась буржуазией в глубокой тайне от своих народов. Когда война разразилась, каждое империалистическое правительство старалось доказать, что не оно напало на соседей, а на него напали. Буржуазия обманывала народ, скрывая истинные цели войны, её империалистический, захватнический характер. Каждое империалистическое правительство заявляло, что война ведётся для защиты своей родины.
Обманывать народ помогали буржуазии оппортунисты из II Интернационала. Социал-демократы II Интернационала подло изменили делу социализма, делу международной солидарности пролетариата. Они не только не выступили против войны, но, наоборот, помогали буржуазии натравливать рабочих и крестьян воюющих государств друг на друга под флагом защиты отечества.
Россия не случайно выступила в империалистической войне на стороне Антанты — Франции и Англии. Необходимо иметь в виду, что перед 1914 годом важнейшие отрасли промышленности России находились в руках иностранного капитала, главным образом французского, английского и бельгийского, то есть стран Антанты. Важнейшие металлургические заводы России находились в руках французских капиталистов. В целом металлургия почти на три четверти (на 72 процента) зависела от иностранного капитала. В каменноугольной промышленности — в Донбассе — была такая же картина. Около половины нефтяной добычи находилось в руках англо-французского капитала. Значительная часть прибылей русской промышленности шла в заграничные, по преимуществу — в англо-французские, банки. Все эти обстоятельства плюс миллиардные займы, заключённые царём во Франции и Англии, приковали царизм к англо-французскому империализму, превратили Россию в данницу этих стран, в их полуколонию.
Русская буржуазия рассчитывала, начав войну, поправить свои дела: завоевать новые рынки, нажиться на военных заказах и поставках и заодно подавить революционное движение, используя военную обстановку.
Царская Россия вступила в войну неподготовленной. Промышленность России сильно отставала от других капиталистических стран. В ней преобладали старые фабрики и заводы с изношенным оборудованием. Сельское хозяйство при наличии полукрепостнического землевладения и массы обнищавшего, разорённого крестьянства не могло служить прочной экономической основой для ведения продолжительной войны.
Царь опирался главным образом на крепостников-помещиков. Крупные черносотенные помещики в блоке с крупными капиталистами хозяйничали в стране и в Государственной думе. Они целиком поддерживали внутреннюю и внешнюю политику царского правительства. Русская империалистическая буржуазия надеялась на царское самодержавие, как на бронированный кулак, который мог обеспечить ей захват новых рынков и новых земель, с одной стороны, и подавлять революционное движение рабочих и крестьян — с другой.
Партия либеральной буржуазии — кадеты — изображала из себя оппозицию, но внешнюю политику царского правительства поддерживала без оговорок.
Мелкобуржуазные партии эсеров и меньшевиков с самого начала войны, маскируясь флагом социализма, помогали буржуазии обманывать народ, скрывать империалистический, грабительский характер войны. Они проповедовали необходимость защиты, необходимость обороны буржуазного «отечества» от «прусских варваров», поддерживали политику «гражданского мира» и помогали, таким образом, правительству русского царя вести войну так же, как германские социал-демократы помогали правительству германского царя вести войну против «русских варваров».
Только партия большевиков осталась верной великому знамени революционного интернационализма, оставаясь твёрдо на марксистских позициях решительной борьбы против царского самодержавия, против помещиков и капиталистов, против империалистической войны. Большевистская партия с первых же дней войны придерживалась той установки, что война начата не для защиты отечества, а для захвата чужих земель, для ограбления чужих народов в интересах помещиков и капиталистов, что с этой войной рабочим нужно веста решительную войну.
Рабочий класс поддерживал партию большевиков.
Правда, буржуазно-патриотический угар, охвативший в начале войны интеллигенцию и кулацкие слои крестьянства, задел также некоторую часть рабочих. Но это были по преимуществу члены хулиганского «Союза русского народа» и часть эсеровски-меньшевистски настроенных рабочих. Они, конечно, не отражали и не могли отражать настроений рабочего класса. Эти именно элементы и оказались участниками шовинистических манифестаций буржуазии, организованных царским правительством в первые дни войны.

2. Переход партий II Интернационала на сторону своих империалистических правительств. Распадение II Интернационала на отдельные социал-шовинистические партии.

Ленин не раз предупреждал об оппортунизме II Интернационала и неустойчивости его вождей. Он все время твердил, что вожди II Интернационала только на словах стоят против войны, что в случае, если война наступит, они могут изменить свою позицию и перебежать на сторону империалистической буржуазии, могут стать сторонниками войны. Первые же дни войны подтвердили предвидение Ленина.
В 1910 году на конгрессе II Интернационала в Копенгагене было принято решение о том, что социалисты должны в парламентах голосовать против военных кредитов. Во время войны на Балканах в 1912 году Международный конгресс II Интернационала в Базеле заявил, что рабочие всех стран считают преступлением стрелять друг в друга ради увеличения прибылей капиталистов. Так было на словах, в резолюциях.
Когда же грянул гром империалистической войны и надо было эти решения провести в жизнь, вожди II Интернационала оказались предателями, изменниками пролетариата, оказались слугами буржуазии, — стали сторонниками войны.
4 августа 1914 года германская социал-демократия голосовала в парламенте за военные кредиты, за поддержку империалистической войны. То же самое сделало подавляющее большинство социалистов Франции, Англии, Бельгии и других стран.
II Интернационал перестал существовать. Он распался на деле на отдельные социал-шовинистические партии, воюющие друг с другом.
Вожди социалистических партий, изменив пролетариату, перешли на позицию социал-шовинизма и защиты империалистической буржуазии. Они помогали империалистическим Правительствам одурачивать рабочий класс и отравлять его ядом национализма. Эти социал-предатели под флагом защиты отечества стали натравливать немецких рабочих на французских, а английских и французских рабочих — на немецких. Лишь незначительное меньшинство во II Интернационале осталось на интернационалистической позиции и пошло против течения, правда, не вполне уверенно и не совсем определённо, но все же пошло против течения.
Только партия большевиков сразу же и без колебаний подняла знамя решительной борьбы против империалистической войны. В тезисах о войне, написанных Лениным осенью 1914 г., Ленин указывал, что падение II Интернационала не является случайностью. II Интернационал погубили оппортунисты, против которых давно уже предупреждали лучшие представители революционного пролетариата.
Партии II Интернационала и до войны были заражены оппортунизмом. Оппортунисты открыто проповедовали отказ от революционной борьбы, проповедовали теорию «мирного врастания капитализма в социализм». II Интернационал не хотел бороться с оппортунизмом, стоял за мир с ним и дал ему укрепиться. Придерживаясь примиренческой политики в отношении оппортунизма, II Интернационал сам стал оппортунистическим.
Империалистическая буржуазия за счёт своих прибылей от колоний, от эксплуатации отсталых стран систематически подкупала путём более высокой заработной платы и других подачек верхушку квалифицированных рабочих, так называемую рабочую аристократию. Из этой прослойки рабочих вышло немало руководителей профсоюзов и кооперативов, муниципальных и парламентских депутатов, работников печати и социал-демократических организаций. В момент войны эти люди, боясь потерять своё положение, стали противниками революции, стали самыми ярыми защитниками своей буржуазии, своих империалистических правительств.
Оппортунисты стали социал-шовинистами.
Социал-шовинисты, в том числе русские меньшевики и эсеры, проповедовали классовый мир рабочих с буржуазией внутри страны и войну с другими народами вне своей страны. Они обманывали массы насчёт истинных виновников войны, заявляя, что буржуазия их страны не виновата в войне. Многие социал-шовинисты стали министрами империалистических правительств своей страны.
Не менее опасными для дела пролетариата были скрытые социал-шовинисты, так называемые центристы. Центристы — Каутский, Троцкий, Мартов и другие оправдывали и защищали открытых социал-шовинистов, стало быть, изменяли пролетариату вместе с социал-шовинистами, прикрывая свою измену «левыми» фразами о борьбе с войной, рассчитанными на обман рабочего класса. На деле центристы поддерживали войну, ибо предложение центристов не голосовать против кредитов на войну и ограничиться воздержанием при голосовании кредитов на войну, — означало поддержку войны. Они так же, как и социал-шовинисты, требовали отказа от классовой борьбы во время войны, чтобы не мешать своему империалистическому правительству вести войну. Центрист Троцкий по всем важнейшим вопросам войны и социализма стоял против Ленина, против большевистской партии.
Ленин стал с первых же дней войны собирать силы для создания нового, III Интернационала. Уже в манифесте против войны в ноябре 1914 года ЦК большевистской партии поставил задачу создать III Интернационал вместо потерпевшего позорный крах II Интернационала.
В феврале 1915 года в Лондоне на конференции социалистов стран Антанты по поручению Ленина выступил т. Литвинов. Литвинов потребовал выхода социалистов (Вандервельде, Самба, Гэд) из буржуазных правительств Бельгии и Франции и полного разрыва с империалистами, отказа от сотрудничества с ними. Он требовал от всех социалистов решительной борьбы против своих империалистических правительств и осуждения голосования за военные кредиты. Но голос Литвинова на этой конференции прозвучал одиноко.
В начале сентября 1915 года в Циммервальде собралась первая конференция интернационалистов. Ленин называл эту конференцию «первым шагом» в развитии интернационального движения против войны. Ленин образовал на этой конференции Циммервальдскую левую группу. Но в этой Циммервальдской левой единственно правильную, до конца последовательную позицию против войны занимала лишь партия большевиков во главе с Лениным. Циммервальдская левая издавала на немецком языке журнал «Предвестник», в котором печатались статьи Ленина.
В 1916 году удалось созвать в швейцарской деревне Кинтале вторую конференцию интернационалистов. Она называется второй Циммервальдской конференцией. К этому времени почти во всех странах выделились группы интернационалистов, резче наметился раскол интернационалистических элементов с социал-шовинистами. А главное — сами массы к этому времени полевели под влиянием войны и вызванных ею бедствий. Кинтальский манифест был выработан в результате соглашения различных групп, боровшихся на конференции. Он был шагом вперёд по сравнению с Циммервальдским манифестом.
Но и Кинтальская конференция не приняла основных положений политики большевиков: превращение империалистической войны в войну гражданскую, поражение в войне своих империалистических правительств, организация III Интернационала. Тем не менее Кинтальская конференция способствовала выделению интернационалистических элементов, из которых впоследствии образовался Коммунистический III Интернационал.
Ленин критиковал ошибки непоследовательных интернационалистов из левых социал-демократов, таких, как Роза Люксембург, Карл Либкнехт, но в то же время помогал им занять правильную позицию.

3. Теория и тактика большевистской партии по вопросам войны, мира и революции.

Большевики не были простыми пацифистами (сторонниками мира), вздыхающими о мире и ограничивающимися пропагандой мира, как это делало большинство левых социал-демократов. Большевики стояли за активную революционную борьбу за мир вплоть до свержения власти воинствующей империалистической буржуазии. Большевики связывали дело мира с делом победы пролетарской революции, считая, что наиболее верным средством для ликвидации войны и завоевания справедливого мира, мира без аннексий и контрибуций, — является свержение власти империалистической буржуазии.
Против меньшевистско-эсеровского отречения от революции и предательского лозунга о сохранении «гражданского мира» во время войны — большевики выдвинули лозунг «превращения войны империалистической в войну гражданскую». Лозунг этот означал, что трудящиеся, в том числе вооружённые рабочие и крестьяне, переодетые в солдатские шинели, должны повернуть оружие против своей буржуазии и свергнуть её власть, если они хотят избавиться от войны и добиться справедливого мира.
Против меньшевистско-эсеровской политики защиты, буржуазного отечества — большевики выдвинули политику «поражения своего правительства в империалистической войне». Это означало, что необходимо голосовать против военных кредитов, создавать нелегальные революционные организации в армии, поддерживать братание солдат на фронте и организовать революционные выступления рабочих и крестьян против войны, переводя их в восстание против своего империалистического правительства.
Большевики считали, что наименьшим злом для народа в империалистической войне было бы военное поражение царского правительства, ибо оно облегчило бы победу народа над царизмом и успешную борьбу рабочего класса за освобождение от капиталистического рабства и империалистических войн. При этом Ленин считал, что политику поражения своего империалистического правительства должны проводить не только русские революционеры, но и революционные партии рабочего класса всех воюющих стран.
Большевики не были против всякой войны. Они были только против захватнической, против империалистической войны. Большевики считали, что война бывает двух родов:
а) война справедливая, незахватническая, освободительная, имеющая целью либо защиту народа от внешнего нападения и попыток его порабощения, либо освобождение народа от рабства капитализма, либо, наконец, освобождение колоний и зависимых стран от гнёта империалистов, и
б) война несправедливая, захватническая, имеющая целью захват и порабощение чужих стран, чужих народов.
Войну первого рода большевики поддерживали. Что касается войны второго рода, большевики считали, что против неё следует вести решительную борьбу вплоть до революции и свержения своего империалистического правительства.
Огромное значение для рабочего класса всего мира имели теоретические работы Ленина во время войны. Весной 1916 года Ленин написал работу: «Империализм, как высшая стадия капитализма». Ленин показал в этой книге, что империализм — это высшая стадия капитализма, когда он успел уже из «прогрессивного» капитализма превратиться в капитализм паразитический, в капитализм загнивающий, что империализм — есть умирающий капитализм. Это, конечно, не означало, что капитализм сам отомрёт, без революции пролетариата, что он сам сгниёт на корню. Ленин всегда учил, что без революции рабочего класса невозможно свергнуть капитализм. Поэтому, определив империализм, как умиряющий капитализм, Ленин вместе с тем показал в этой книге, что «империализм есть канун социальной революции пролетариата».
Ленин показал, что капиталистический гнёт в эпоху империализма все больше усиливается, что в условиях империализма растёт возмущение пролетариата против основ капитализма, нарастают элементы революционного взрыва внутри капиталистических стран.
Ленин показал, что в эпоху империализма обостряется революционный кризис в колониальных и зависимых странах, нарастают элементы возмущения против империализма, нарастают элементы освободительной войны против империализма.
Ленин показал, что в условиях империализма неравномерность развития и противоречия капитализма особенно обострились, что борьба за рынки сбыта товаров и вывоза капитала, борьба за колонии, за источники сырья делает неизбежными периодические империалистические войны за новый передел мира.
Ленин показал, что именно вследствие этой неравномерности развития капитализма происходят империалистические войны, которые ослабляют силы империализма и делают возможным прорыв фронта империализма там, где он окажется всего слабее.
На основании всего этого Ленин пришёл к выводу, что вполне возможен прорыв империалистического фронта пролетариатом где-либо в одном месте или нескольких местах, что возможна победа социализма первоначально в нескольких странах или даже в одной, отдельно взятой, стране, что одновременная победа социализма во всех странах ввиду неравномерности развития капитализма в этих странах — невозможна, что социализм победит первоначально в одной или нескольких странах, а остальные страны в течение некоторого времени останутся буржуазными странами.
Вот формулировка этого гениального вывода, данная Лениным в двух различных статьях, написанных в период империалистической войны:
1)      «Неравномерность экономического и политического развития есть безусловный закон капитализма. Отсюда следует, что возможна победа социализма первоначально в немногих или даже в одной, отдельно взятой, капиталистической стране. Победивший пролетариат этой страны, экспроприировав капиталистов и организовав у себя социалистическое производство, встал бы против остального, капиталистического мира, привлекая к себе угнетённые классы других стран»... (Из статьи «О лозунге Соединённых Штатов Европы», писанной в августе 1915 года) (Ленин, т. XVIII, стр. 232–233).
2)      «Развитие капитализма совершается в высшей степени неравномерно в различных странах. Иначе и не может быть при товарном производстве. Отсюда непреложный вывод: социализм не может победить одновременно во всех странах. Он победит первоначально в одной или нескольких странах, а остальные в течение некоторого времени останутся буржуазными или добуржуазными. Это должно вызвать не только трения, но и прямое стремление буржуазии других стран к разгрому победоносного пролетариата социалистического государства. В этих случаях война с нашей стороны была бы законной и справедливой. Это была бы война за социализм, за освобождение других народов от буржуазии» (Из статьи «Военная программа пролетарской революции», писанной осенью 1916 года) (Ленин, т. XIX, стр. 325).
Это была новая, законченная теория социалистической революции, теория о возможности победы социализма в отдельных странах, об условиях его победы, о перспективах его победы, теория, основы которой были намечены Лениным ещё в 1905 году в брошюре «Две тактики социал-демократии в демократической революции».
Она в корне расходилась с той установкой, которая имела хождение среди марксистов в период доимпериалистического капитализма, когда марксисты считали, что победа социализма в одной какой-нибудь стране невозможна, что победа социализма произойдёт одновременно во всех цивилизованных странах. Ленин, на основании данных об империалистическом капитализме, изложенных в его замечательной книге «Империализм, как высшая стадия капитализма», перевернул эту установку, как устаревшую, и дал новую теоретическую установку, в силу которой одновременная победа социализма во всех странах считается невозможной, а победа социализма в одной, отдельно взятой, капиталистической стране признается возможной.
Неоценимое значение ленинской теории социалистической революции состоит не только в том, что она обогатила марксизм новой теорией и двинула его вперёд. Её значение состоит ещё в том, что она даёт революционную перспективу пролетариям отдельных стран, развязывает их инициативу в деле натиска на свою, национальную, буржуазию, учит их использовать обстановку войны для организации такого натиска и укрепляет их веру в победу пролетарской революции.
Такова была теоретическая и тактическая установка большевиков по вопросам войны, мира и революции.
На основе этой установки проводили свою практическую работу в России большевики.
Несмотря на жестокие полицейские преследования, думские депутаты-большевики Бадаев, Петровский, Муранов, Самойлов, Шагов в начале войны предприняли объезд ряда организаций с докладами об отношении большевиков к войне и революции. В ноябре 1914 года было устроено совещание большевистской фракции Государственной думы для обсуждения вопроса об отношении к войне. На третий день заседание это в полном составе было арестовано. Суд приговорил всех депутатов к лишению прав и ссылке на поселение в Восточную Сибирь. Царское правительство обвиняло большевистских депутатов Государственной думы «в государственной измене».
На суде выяснилась картина деятельности думских депутатов, которая делала честь нашей партии. Мужественно вели себя большевики-депутаты перед царским судом, превратив его в трибуну для разоблачения захватнической политики царизма.
Иначе вёл себя привлечённый по этому делу Каменев. Ввиду своей трусости он при первой же опасности отрёкся от политики большевистской партии. Каменев на суде заявил, что он не согласен с большевиками по вопросу о войне, и в доказательство этого просил вызвать свидетелем меньшевика Иорданского.
Большую работу провели большевики против военно-промышленных комитетов, обслуживавших войну, против попыток меньшевиков подчинить рабочих влиянию империалистической буржуазии. Буржуазия была кровно заинтересована в том, чтобы представить перед всеми империалистическую войну, как войну всенародную. Буржуазия добилась во время войны большого влияния на государственные дела, создав свою всероссийскую организацию — союзы земств и городов. Ей надо было подчинить своему руководству и влиянию также и рабочих. Буржуазия придумала для этого средство — создание «рабочих групп» при военно-промышленных комитетах. Меньшевики подхватили эту идею буржуазии. Буржуазии выгодно было привлечь в эти военно-промышленные комитеты представителей рабочих, которые агитировали бы среди рабочих масс за необходимость усилить производительность труда на снарядных, пушечных, оружейных, патронных и других фабриках и заводах, работавших на оборону. «Все для войны, все на войну», — таков был лозунг буржуазии. На деле этот лозунг обозначал: «наживайся во всю на военных поставках и на захвате чужих земель». Меньшевики приняли деятельное участие в этом лжепатриотическом деле, затеянном буржуазией. Помогая капиталистам, они усиленно агитировали рабочих участвовать в выборах «рабочих групп» при военно-промышленных комитетах. Большевики были против этой затеи. Они были за бойкот военно-промышленных комитетов и провели успешно этот бойкот. Но часть рабочих все-таки приняла участие в деятельности военно-промышленных комитетов под руководством известного меньшевика Гвоздева и провокатора Абросимова. Когда же уполномоченные от рабочих собрались в сентябре 1915 года для окончательных выборов в «рабочие группы» военно-промышленных комитетов, то оказалось, что большинство уполномоченных против участия в них. Большинство представителей рабочих вынесло резкую резолюцию против участия в военно-промышленных комитетах, заявив, что рабочие ставят перед собой задачу — бороться за мир, за свержение царизма.
Большую работу развернули большевики также в армии и флоте. Они разъясняли массам солдат и матросов, кто виноват в неслыханных ужасах войны и страданиях народа, разъясняли, что революция — единственный выход для народа из империалистической бойни. Большевики создавали ячейки в армии и флоте, на фронте и в тыловых частях, распространяли листовки с призывом против войны.
В Кронштадте большевиками был создан «Главный коллектив кронштадтской военной организации», который находился в тесной связи с Петроградским комитетом партии. Была создана военная организация при Петроградском комитете партии для работы в гарнизоне. В августе 1916 года начальник петроградской охранки доносил, что в «Кронштадтском коллективе дело поставлено очень серьёзно, конспиративно, и участники — все молчаливые и осторожные люди. Коллектив этот имеет представителей и на берегу».
Партия на фронте вела агитацию за братание между солдатами воюющих армий, подчёркивая, что враг — это мировая буржуазия и что войну окончить можно, только превратив войну империалистическую в войну гражданскую и направив оружие против своей собственной буржуазии и её правительства. Все чаще повторялись случаи отказа отдельных войсковых частей идти в наступление. Такие факты имели место уже в 1915 году и особенно в 1916 году.
Особенно большая работа была развёрнута большевиками в армиях северного фронта в районе Прибалтики. Главнокомандующий армией северного фронта генерал Рузский сообщал по начальству в начале 1917 года об огромной революционной работе, развёрнутой большевиками на этом фронте.
Война была величайшим переломом в жизни народов, в жизни международного рабочего класса. Она поставила на карту судьбы государств, судьбы народов, судьбы социалистического движения. Поэтому она была вместе с тем пробным камнем, испытанием для всех партии и течений, именовавших себя социалистическими. Останутся ли эти партии и течения верными делу социализма, делу интернационализма, или предпочтут изменить рабочему классу, свернуть свои знамёна и бросить их к стопам своей национальной буржуазии, — так стоял тогда вопрос.
Война показала, что партии II Интернационала не выдержали испытания, изменили рабочему классу и склонили свои знамёна перед своей, национальной, империалистической буржуазией.
Иначе и не могли поступить эти партии, культивировавшие в своей среде оппортунизм и воспитанные на уступках оппортунистам, националистам.
Война показала, что партия большевиков была единственной партией, которая выдержала с честью испытание и осталась верной до конца делу социализма, делу пролетарского интернационализма.
Оно и понятно: только партия нового типа, только партия, воспитанная в духе непримиримой борьбы с оппортунизмом, только партия, свободная от оппортунизма и национализма — только такая партия могла выдержать великое испытание и остаться верной делу рабочего класса, делу социализма и интернационализма.
Большевистская партия была такой именно партией.

4. Поражение царских войск на фронте. Хозяйственная разруха. Кризис царизма.

Война шла уже три года. Война уносила миллионы человеческих жизней, убитых, раненых, умерших в результате эпидемий, порождённых войной. Буржуазия и помещики наживались на войне. Но рабочие и крестьяне переносили все больше нужды и лишений. Война разрушала народное хозяйство России. Около 14 миллионов здоровых работников было взято в армию, оторвано от хозяйства. Фабрики и заводы останавливались. Сократились посевы зерна — не хватало работников. Население и солдаты на фронте голодали, были разуты и раздеты. Война пожирала все ресурсы страны.
Царская армия терпела поражение за поражением. Немецкая артиллерия засыпала царские войска градом снарядов. У царской армии не хватало пушек, не хватало снарядов, не хватало даже винтовок. Иногда на трёх солдат приходилась одна винтовка. Уже во время войны раскрылась измена царского военного министра Сухомлинова, оказавшегося связанным с немецкими шпионами. Сухомлинов выполнял задание немецкой разведки — сорвать снабжение фронта снарядами, не давать фронту пушек, не давать винтовок. Некоторые царские министры и генералы сами втихомолку содействовали успехам немецкой армии: вместе с царицей, связанной с немцами, они выдавали немцам военные тайны. Неудивительно, что царская армия терпела поражение и вынуждена была отступать. К 1916 году немцы успели уже захватить Польшу и часть Прибалтики.
Все это вызывало ненависть и озлобление к царскому правительству среди рабочих, крестьян, солдат, интеллигенции, усиливало и обостряло революционное движение народных масс против войны, против царизма как в тылу, так и на фронте, как в центре, так и на окраинах.
Недовольство стало захватывать также русскую империалистическую буржуазию. Её озлобляло то обстоятельство, что при царском дворе хозяйничали пройдохи, вроде Распутина, которые явно вели линию на заключение сепаратного мира с немцами. Она все больше убеждалась, что царское правительство неспособно вести успешную войну. Она боялась, что царизм, чтобы спасти своё положение, может пойти на сепаратный мир с немцами. Поэтому русская буржуазия решила провести дворцовый переворот с тем, чтобы сместить царя Николая II и вместо него поставить царём связанного с буржуазией Михаила Романова. Этим она хотела убить двух зайцев: во-первых, пробраться к власти и обеспечить дальнейшее ведение империалистической войны, во-вторых — предупредить небольшим дворцовым переворотом наступление большой народной революции, волны которой нарастали.
Русскую буржуазию целиком поддерживали в этом деле английское и французское правительства. Они видели, что царь неспособен продолжать войну. Они боялись, что царь кончит дело сепаратным миром с немцами. Если бы царское правительство заключило сепаратный мир, правительства Англии и Франции потеряли бы в лице России союзника в войне, который не только оттягивал на свои фронты силы противника, но и поставлял во Францию десятки тысяч отборных русских солдат. Поэтому они оказали поддержку русской буржуазии в её попытках совершить дворцовый переворот.
Царь оказался, таким образом, изолированным.
В то время как неудачи на фронте не прекращались, хозяйственная разруха продолжала все более и более нарастать. В январско-февральские дни 1917 года продовольственная, сырьевая и топливная разруха достигла наивысшего своего развития и наибольшей остроты. Почти прекратился подвоз продуктов в Петроград и в Москву. Стали закрываться одно предприятие за другим. Закрытие предприятий усилило безработицу. Особенно невыносимо стало положение рабочих. Все более широкие массы народа приходили к убеждению, что выход из невыносимого положения только один — свержение царского самодержавия.
Царизм явно переживал смертельный кризис.
Буржуазия думала разрешить кризис путём дворцового переворота.
Но народ разрешил его по-своему.

5. Февральская революция. Падение царизма. Образование Советов рабочих и солдатских депутатов. Образование Временного правительства. Двоевластие.

1917 год начался стачкой 9 января. Во время стачки произошли демонстрации в Петрограде, в Москве, в Баку, Нижнем Новгороде, причём в Москве 9 января участвовало в забастовке около одной трети всех рабочих. Двухтысячная демонстрация на Тверском бульваре была разогнана конной полицией. В Петрограде на Выборгском шоссе к демонстрантам присоединились солдаты.
«Идея всеобщей стачки, — доносила петроградская полиция, — со дня на день приобретает новых сторонников и становится популярной, какой она была в 1905 году».
Меньшевики и эсеры старались ввести начавшееся революционное движение в нужные либеральной буржуазии рамки. Ко дню открытия Государственной думы, 14 февраля, меньшевики предлагали организовать шествие рабочих к Государственной думе. Но рабочие массы пошли за большевиками, не к думе, а на демонстрацию.
18 февраля 1917 года началась забастовка путиловских рабочих в Петрограде. 22 февраля бастовали рабочие большинства крупнейших предприятий. В Международный день работницы, 23 февраля (8 марта) по призыву Петроградского комитета большевиков работницы вышли на улицу демонстрировать против голода, войны, царизма. Демонстрацию работниц поддержали рабочие общим забастовочным выступлением по Петрограду. Политическая стачка начала перерастать в общую политическую демонстрацию против царского строя.
24 февраля (9 марта) демонстрация возобновляется с большей силой. Бастовало уже около 200 тысяч рабочих.
25 февраля (10 марта) революционное движение охватывает весь рабочий Петроград. Политические забастовки по районам переходят во всеобщую политическую забастовку по всему Петрограду. Всюду демонстрации и столкновения с полицией. Над массами рабочих — красные знамёна с лозунгами: «Долой царя!», «Долой войну!», «Хлеба!».
Утром 26 февраля (11 марта) политическая стачка и демонстрация начинают перерастать в попытки восстания. Рабочие разоружают полицию и жандармерию и вооружаются сами. Однако, вооружённое столкновение с полицией заканчивается расстрелом демонстрации на Знаменской площади.
Генерал Хабалов, командовавший Петроградским военным округом, объявляет, что рабочие должны приступить к работе 28 февраля (13 марта), что иначе они будут отправлены на фронт. 25 февраля (10 марта) царь даёт приказ генералу Хабалову: «Повелеваю завтра же прекратить в столице беспорядки».
Но «прекратить» революцию уже нельзя было.
Днём 26 февраля (11 марта) 4‑я рота запасного батальона Павловского полка открыла огонь, но не по рабочим, а по отрядам конных городовых, вступивших в перестрелку с рабочими. Борьба за войско развернулась самая энергичная и настойчивая, в особенности со стороны женщин-работниц, которые обращались непосредственно к солдатам, братались с ними, призывали их помочь народу свергнуть ненавистное им царское самодержавие.
Руководство практической работой большевистской партии осуществлялось в это время находившимся в Петрограде Бюро Центрального Комитета нашей партии во главе с тов. Молотовым. Бюро ЦК выпустило 26 февраля (11 марта) манифест с призывом к продолжению вооружённой борьбы против царизма, к созданию Временного революционного правительства.
27 февраля (12 марта) войска в Петрограде отказались стрелять в рабочих и стали переходить на сторону восставшего народа. Ещё утром 27 февраля было только 10 тысяч восставших солдат, а вечером их было уже свыше 60 тысяч.
Восставшие рабочие и солдаты стали арестовывать царских министров и генералов, освобождать из тюрем революционеров. Освобождённые политические заключённые включались в дело революционной борьбы.
На улицах ещё шла перестрелка с городовыми и жандармами, которые засели на чердаках домов с пулемётами. Но быстрый переход войск на сторону рабочих решил судьбу царского самодержавия.
Когда весть о победе революции в Петрограде распространилась в других городах и на фронте, рабочие и солдаты всюду стали свергать царских чиновников.
Февральская буржуазно-демократическая революция победила.
Революция победила потому, что рабочий класс был застрельщиком революции и возглавлял движение миллионных масс крестьян, переодетых в солдатские шинели — «за мир, за хлеб, за свободу». Гегемония пролетариата обусловила успех революции.
«Революцию совершил пролетариат, он проявил героизм, он проливал кровь, он увлёк за собой самые широкие массы трудящегося и беднейшего населения...», — писал Ленин в первые дни революции (Ленин, т. XX, стр. 23–24).
Первая революция 1905 года подготовила быструю победу второй революции 1917 года.
«Без трёх лет величайших классовых битв и революционной энергии русского пролетариата 1905–1907 годов была бы невозможна столь быстрая, в смысле завершения её начального этапа, в несколько дней, вторая революция», — указывал Ленин (там же, стр. 13).
В первые же дни революции появились Советы. Победившая революция опиралась на Советы рабочих и солдатских депутатов. Восставшие рабочие и солдаты создали Советы рабочих и солдатских депутатов. Революция 1905 года показала, что Советы являются органами вооружённого восстания и в то же самое время зародышем новой, революционной власти. Идея Советов жила в сознании рабочих масс, и они её осуществили на другой же день после свержения царизма с той, однако, разницей, что в 1905 году были созданы Советы только рабочих депутатов, а в феврале 1917 года по инициативе большевиков появились Советы рабочих и солдатских депутатов.
В то время, как большевики руководили непосредственной борьбой масс на улицах, соглашательские партии, меньшевики и эсеры захватывали депутатские места в Советах, образуя в них своё большинство. Этому отчасти способствовало то обстоятельство, что большинство лидеров большевистской партии находилось в тюрьмах и ссылках (Ленин находился в эмиграции, Сталин и Свердлов в Сибирской ссылке), тогда как меньшевики и эсеры свободно разгуливали на улицах Петрограда. Таким образом, во главе Петроградского Совета и его Исполнительного комитета оказались представители соглашательских партий: меньшевики и эсеры. То же самое было в Москве и в ряде других городов. Лишь в Иваново-Вознесенске, Красноярске и некоторых других городах большинство в Советах с самого начала принадлежало большевикам.
Вооружённый народ — рабочие и солдаты, посылая своих представителей в Совет, смотрели на него, как на орган народной власти. Они считали и верили, что Совет рабочих и солдатских депутатов осуществит все требования революционного народа и что в первую очередь будет заключён мир.
Но излишняя доверчивость рабочих и солдат сыграла с ними злую шутку. Эсеры и меньшевики и не помышляли о ликвидации войны, о завоевании мира. Они думали использовать революцию для того, чтобы продолжить войну. Что касается революции и революционных требований народа, эсеры и меньшевики считали, что революция уже закончилась, и теперь задача состоит в том, чтобы закрепить её и перейти на рельсы «нормального», конституционного существования совместно с буржуазией. Поэтому эсеро-меньшевистское руководство Петроградского Совета приняло все зависящие от него меры, чтобы замять вопрос о ликвидации войны, вопрос о мире и передать власть буржуазии.
27 февраля (12 марта) 1917 года либеральные депутаты Государственной думы по закулисному уговору с эсеро-меньшевистскими лидерами образовали Временный комитет Государственной думы во главе с председателем IV думы, помещиком и монархистом Родзянко. А через несколько дней после этого Временный комитет Государственной думы и эсеро-меньшевистские лидеры Исполкома Совета рабочих к солдатских депутатов втайне от большевиков договорились о сформировании нового правительства России, — буржуазного Временного правительства во главе с князем Львовым, которого ещё до февральского переворота царь Николай II намечал в премьер-министры своего правительства. В состав Временного правительства вошли глава кадетов Милюков, глава октябристов Гучков и другие видные представители класса капиталистов, а в качестве представителя «демократии» был введён эсер Керенский.
Вышло так, что эсеро-меньшевистские лидеры Исполкома Совета сдали власть буржуазии, а Совет рабочих и солдатских депутатов, узнав потом об этом, одобрил своим большинством действия эсеро-меньшевистских лидеров, несмотря на протесты большевиков.
Так образовалась новая государственная власть в России, состоявшая, как говорил Ленин, из представителей «буржуазии и обуржуазившихся помещиков».
Но рядом с буржуазным правительством существовала другая власть — Совет рабочих и солдатских депутатов. Солдатские депутаты в Совете — это были, главным образом, крестьяне, мобилизованные на войну. Совет рабочих и солдатских депутатов являлся органом союза рабочих и крестьян против царской власти и вместе с тем — органом их власти, органом диктатуры рабочего класса и крестьянства.
Таким образом, получилось своеобразное переплетение двух властей, двух диктатур: диктатуры буржуазии, в лице Временного правительства, и диктатуры пролетариата и крестьянства в лице Совета рабочих и солдатских депутатов.
Получилось двоевластие.
Чем объяснить, что в Советах вначале оказалось большинство меньшевиков и эсеров?
Чем объяснить, что победившие рабочие и крестьяне добровольно отдали власть представителям буржуазии?
Ленин объяснял это тем, что проснулись и потянулись к политике миллионы людей, не искушённых в политике. Это были большей частью мелкие хозяева, крестьяне, рабочие из недавних крестьян, люди, стоявшие посредине между буржуазией и пролетариатом. Россия была тогда наиболее мелкобуржуазной страной из всех больших европейских стран. И в этой стране «гигантская мелкобуржуазная волна захлестнула все, подавила сознательный пролетариат не только своей численностью, но и идейно, то есть заразила, захватила очень широкие круги рабочих мелкобуржуазными взглядами на политику» (Ленин, т. XX, стр. 115).
Эта волна мелкобуржуазной стихии и вынесла на поверхность мелкобуржуазные партии меньшевиков и эсеров.
Ленин указывал, что другой причиной является изменение состава пролетариата во время войны и недостаточная сознательность и организованность пролетариата в начале революции. Во время войны произошли значительные изменения в составе самого пролетариата. Около 40 процентов кадровых рабочих было мобилизовано в армию. На предприятия в годы войны попало, с целью укрыться от мобилизации, много мелких собственников, кустарей, лавочников, чуждых пролетарской психологии.
Эти мелкобуржуазные прослойки рабочих и являлись питательной почвой для мелкобуржуазных политиков — меньшевиков и эсеров.
Вот почему не искушённые в политике широкие массы народа, захлёстнутые волной мелкобуржуазной стихии и опьянённые первыми успехами революции, оказались в первые месяцы революции в плену у соглашательских партий и согласились уступить буржуазии государственную власть, наивно полагая, что буржуазная власть не будет мешать Советам вести свою работу.
Перед большевистской партией стояла задача — терпеливой разъяснительной работой в массах вскрыть империалистический характер Временного правительства, разоблачить предательство эсеров и меньшевиков и показать, что добиться мира невозможно без замены Временного правительства правительством Советов.
И партия большевиков взялась за эту работу со всей энергией.
Она восстанавливает свои легальные органы печати. Уже через пять дней после февральской революции начинает выходить газета «Правда» в Петрограде, а через несколько дней после этого — «Социал-демократ» в Москве. Партия начинает выступать во главе масс, освобождающихся от доверия к либеральной буржуазии, от доверия к меньшевикам и эсерам. Она терпеливо разъясняет солдатам, крестьянам необходимость совместных действий с рабочим классом. Она разъясняет им, что крестьяне не получат ни мира, ни земли без дальнейшего развития революции, без замены буржуазного Временного правительства правительством Советов.

КРАТКИЕ ВЫВОДЫ.

Империалистическая война возникла в силу неравномерности развития капиталистических стран, в силу нарушения равновесия между главными державами, в силу необходимости для империалистов нового передела мира путём войны и создания нового равновесия сил.
Война не имела бы такого разрушительного характера и, может быть, даже вовсе не развернулась бы с такой силой, если бы партии II Интернационала не изменили делу рабочего класса, если бы они не нарушили решений Конгрессов II Интернационала против войны, если бы они решились активно выступить и поднять рабочий класс против своих империалистических правительств, против поджигателей войны.
Большевистская партия оказалась единственной пролетарской партией, которая осталась верной делу социализма и интернационализма и организовала гражданскую войну против своего империалистического правительства. Все остальные партии II Интернационала, будучи связаны с буржуазией через свои руководящие верхушки, оказались в плену у империализма, перебежали на сторону империалистов.
Будучи отражением общего кризиса капитализма, война обострила этот кризис и ослабила мировой капитализм. Рабочие России и партия большевиков оказались первыми в мире, которые с успехом использовали слабость капитализма, прорвали фронт империализма, свергли царя и создали Советы рабочих и солдатских депутатов.
Опьянённые первыми успехами революции и успокоенные заверениями меньшевиков и эсеров, что отныне все пойдёт хорошо, широкие массы мелкой буржуазии, солдат, а также рабочих проникаются доверием к Временному правительству, оказывают ему поддержку.
Перед большевистской партией встала задача — разъяснить опьянённым от первых успехов рабочим и солдатским массам, что до полной победы революции ещё далеко, что пока власть находится в руках буржуазного Временного правительства, а в Советах хозяйничают соглашатели, — меньшевики и эсеры, народу не получить ни мира, ни земли, ни хлеба, что для полной победы необходимо сделать ещё шаг вперёд и передать власть Советам.


Вернуться к оглавлению.

Комментариев нет: