пятница, 31 июля 2015 г.

Закон отрицания отрицания.

Закон отрицания отрицания представляет собой один из весьма общих и широко действующих законов диалектики и вместе с тем конкретизацию ее основного закона – единства противоположностей. У Гегеля отрицание отрицания фигурирует в качестве основного закона при построении всей его философской системы. В материалистической диалектике отрицание отрицания имеет настолько важное и общее значение в развитии природы, человеческого общества и мышления, что Энгельс относит его — вместе с законом единства противоположностей и законом перехода количества в качество и обратно — к наиболее общим законам диалектики.

Дальнейшее развитие марксистского понимания закона отрицания отрицания и его значения для материалистической диалектики дает нам Ленин в своей яркой характеристике диалектического учения о развитии: «Развитие, — говорит он, — как бы повторяющее пройденные уже ступени, но повторяющее их иначе, на более высокой базе («отрицание отрицания»), развитие, так сказать, по спирали, а не по прямой линии»[1]. В другом месте, перечисляя элементы диалектики, Ленин также указывает: «повторение в высшей стадии известных черт, свойств etc. низшей и возврат якобы к старому (отрицание отрицания)»[2].

Единство противоположностей, их взаимопроникновение и их борьба вскрывают источник самодвижения, развития, его внутренние движущие силы, внутренние импульсы к развитию, даваемые противоречием. Закон перехода количества в качество раскрывает самый процесс развития, его качественно своеобразные ступени, скачкообразный, революционный ход этого развития — с перерывами постепенности и неразрывной взаимозависимостью качества и количества. «Отрицание отрицания» углубляет дальше наше понимание процесса развития. Говоря об отрицании отрицания в развитии, материалистическая диалектика подчеркивает, что в развитии соблюдается определенная последовательность, движение через различные ступени, стадии, этапы. Ход развития при этом не прямолинейный, но зигзагообразный, противоречивый, и при переходе от одной стадии к другой неизбежны крутые повороты, так что развитие внутренних противоречий предмета или явления приводит на каждой следующей ступени к переходу их в свою противоположность.

В этом противоречивом развитии каждая низшая стадия развития сама подготовляет условие своего самоотрицания, своего перехода к противоположной, новой, более высокой ступени; это отрицание — преодоление каждой последующей стадии предыдущей — создает внутреннюю связь между обеими стадиями, обозначает сохранение на новой ступени положительных результатов предшествовавшего развития.

При переходе в новую противоположность, к следующей, третьей ступени, развитие как бы повторяет известные черты и свойства низшей, первой стадии, якобы возвращается к исходному пункту процесса, но при этом обогащает его результатами последующего развития, воспроизводит эти повторные черты на более высокой основе, и весь процесс развития в целом протекает сходящимися и расходящимися кругами — по спирали. Поскольку, каждая вторая ступень развития есть отрицание первой ступени, а новая, третья, стадия в свою очередь «отрицает» вторую ступень, все развитие предстает как отрицание отрицания. Таково, коротко говоря, то богатое содержание, которое марксизм-ленинизм вкладывает в понятие отрицания отрицания.

Нередко приходится сталкиваться с неправильным представлением, когда в отрицании отрицания видят редкий случай развития и с трудом подыскивают его примеры. Между тем, как отмечает Энгельс, отрицание отрицания весьма общий и широко действующий закон развития природы, общества и человеческого мышления, закон, присущий каждому процессу развития. Зерно, приводит известный пример Энгельс, брошенное в землю, при нормальных условиях своего развития превращается в свое отрицание — в колос, который, вновь воспроизводя зерна, в большем количестве и порой качественно улучшенные, обозначает как бы возврат к исходному пункту. Но ведь подобным же образом совершается развитие дерева, любого растения, любого насекомого, любого растительного и животного организма. Рост человека и его половое созревание, беременность женщины, новые роды и развитие нового человека, подчиненные определенным законам наследственности, — разве во всех этих явлениях нельзя усмотреть проявление того же великого и всеобщего закона отрицания старого и возникновение из этого старого нового, затем нового отрицания, воспроизводящего в том или ином отношении известные черты старого на качественно более высокой основе? Энгельс справедливо указывал, что отрицание отрицания имеет место и в неорганической природе, например, в процессах развития земной коры и т. д.

Закон отрицания отрицания получает свое выражение и в развитии человеческого общества. Маркс и Энгельс рассматривают под этим углом зрения историческую подготовку социалистического общества, видя в нем продукт всего прошлого — «отрицаемого» и «преодолеваемого» исторического развития. Таково историческое развитие собственности — переход от первобытной общинной собственности на землю к частной земельной собственности — и — новое отрицание этой последней — общественной собственности на землю при социализме; таков переход от родовой собственности путем объединения родов к античной «коллективной частной собственности», а затем к собственности индивидуальной, после чего начинается вновь концентрация частной собственности.

В развитии через отрицание отрицания резюмировал Маркс в «Капитале» основную историческую «тенденцию капиталистического накопления». Маркс показывает, как мелкое производство и частная собственность, основанные на собственном труде, сами подготовляют условия своего отрицания, своего уничтожения. Экспроприация непосредственных производителей есть «превращение индивидуальных и раздробленных орудий производства в общественно-концентрированные», но принадлежащие капиталисту. Вместе с победой капиталистического способа производства дальнейшее обобществление труда и средств производства принимает иную форму. Сами имманентные законы капиталистического способа производства — путем концентрации капиталов, развития кооперативной формы процесса труда и превращения средств производства в такие, которые могут быть употреблены только общественно, вызывал рост нищеты, эксплуатации и возмущения постоянно растущего рабочего класса, обучаемого, объединяемого и организуемого самим механизмом капиталистического процесса производства, — подготовляют новое отрицание: экспроприацию экспроприаторов, уничтожение капитализма. При социализме общественная собственность на средства производства гармонически сочетается с индивидуальной собственностью на средства потребления.

Наконец и в сфере человеческого мышления нетрудно подметить те же ступени развития. Ленин изображал ход развития философской мысли в виде «кругов», причем указывал, что дело здесь не в строго хронологической последовательности, но в выявлении основных линий развития мышления: материализм Гольбаха, отрицание возможности познания у Юма — Канта, отрицание этого отрицания в идеалистической диалектике Гегеля: идеалистическая диалектика Гегеля, возвращение к метафизическому материализму у Фейербаха, отрицание отрицания в материалистической диалектике Маркса, как бы «повторяющей» диалектику Гегеля, но и перерабатывающей и обогащающей ее материалистическим содержанием. Такого же рода развитие показывает Энгельс в «Анти-Дюринге». Древнегреческая наивная диалектика представляет собою как бы первую ступень, которая затем отрицается получившим в последующий период распространение метафизическим материализмом. Но и метафизический материализм также отрицается. Современная материалистическая диалектика представляет собой такую форму материализма, которая удерживает все положительное, что было в предыдущем развитии, но в превзойденном виде. И здесь тот же ритм развития — предыдущая ступень так или иначе подготовляет переход к противоположной стороне и затем к новому отрицанию, как бы возврату к исходному пункту, но на более высокой основе.

Совершенно очевидна связь этого закона диалектики с законом единства противоположностей. В каждом случае единства противоположностей мы можем среди противоречивых тенденций, характеризующих явление, выделить положительный момент, утверждающий данное явление, способствующий сохранению временного, условного единства его противоположностей, и другой момент — отрицательный, развитие которого ведет к борьбе противоположностей, к преодолению данной формы, к разрешению противоречия. В зерне помимо образующего его питательного вещества содержится зародыш будущего растения, которое усваивает по мере роста, это питательное вещество; в частной собственности мелкого товаропроизводителя уже заложено начало будущей капиталистической собственности — своего отрицания. Отрицательный момент развития находится во внутренней связи с положительным моментом. Старое положительное содержание развивающегося предмета не отвергается зря, не уничтожается целиком в процессе его отрицания: оно служит и предпосылкой, и тем материалом, который надлежит переработать и усвоить новому, этапу развития, использовав все в нем ценное и жизнеспособное, движущее вперед.

Отрицание в диалектике, как мы уже знаем, отнюдь не есть голое, зряшное, пустое отрицание. Диалектическое отрицание, не есть также подвергающее все сомнению и ни на чем конкретном не основывающееся, скептическое отрицание, характерное для субъективизма, релятивизма, софистики и эклектики. Отрицание есть преодоление или, как выражается Гегель, снятие прежней, старой ступени развития, т. е. отрицание ее с удержанием всего положительного, созданного прежним развитием. Отрицание — это движущий момент развития; оно есть то «зло», которое, по словам Маркса, «ведет вперед». Но тем самым положительное содержание данного явления, которое отрицается в дальнейшем развитии, не только само подготовляет свое отрицание, но в известном смысле оно сохраняется в отрицательном, преодолевается, перерабатывается им, переходит в своем отрицании на более высокую ступень.

В отрицании таким образом нет ни грана субъективизма или голого скептицизма. Отрицание — определенный момент, этап объективного развития, требующий определенных ответов и определенных действий.

Подчеркивая единство, связь отрицательного с положительным, нахождение этого положительного в отрицательном, Ленин писал: «Не голое отрицание, не зряшное отрицание, не скептическое отрицание, колебание, сомнение характерно и существенно в диалектике, которая несомненно содержит в себе элемент отрицания и притом, как важнейший свой элемент, — нет, а отрицание как момент связи, как момент развития, с удержанием положительного, т. е. без всяких колебаний, без всякой эклектики»[3].

Развитие через отрицание есть лишь иное выражение развития через взаимопроникновение и борьбу противоположностей; отрицание отрицания есть дальнейшая конкретизация того же закона в ряде стадий этого развития.

Если переход количества в качество объясняет нам возникновение новых качеств, то отрицание отрицания показывает, как это новое качество путем самоотрицания возникает из старого качества, вскрывает внутреннюю связь между новым и старым как последовательными ступенями развития. Лишь сознательное применение всех законов диалектики полностью раскрывает перед нами проблему нового, проблему развития, проблему революции.

Резюмируя процесс развития в формуле «отрицание отрицания», материалистическая диалектика выделяет в нем три важнейших ступени, исходный пункт, ступень отрицания и третью, более высокую ступень возврата к исходному пункту — отрицания отрицания. Однако было бы ошибочно полагать, что этой ступенью отрицания заканчивается процесс развития: развитие не знает границ, отрицание отрицания не только завершает ход предыдущего развития, но в свою очередь служит исходным пунктом для дальнейшего развития, для появления новых противоречий, для новых «отрицаний».

Эта внешняя форма трех ступеней развития, с возвращением к исходному пункту, была давно подмечена рядом мыслителей. Идея развития по трем последовательным ступеням получила свое отражение еще в древней мистически-религиозной философии, у так называемых неоплатоников. Позже о развитии «кругами» учил гениальный Дж. Вико. Как отмечает Ленин, «и астрономическое и механическое (на земле) движение и жизнь растений, и животных, и человека — все это вбивало человечеству в головы не только идею движения, но именно движения с возвратами к исходным пунктам, т. е. диалектического движения»[4]. Гегель дал ей выражение в своей знаменитой «триаде» — тезис (положение), антитезис (противоположение), синтез (единство) — одновременно отрицание и сохранение обоих положений. В форме «триады» по Гегелю совершается саморазвитие духа, саморазвитие каждой логической категории. Гегель чисто мыслительным путем преодолевает, «снимает», в соответствии с этой триадической схемой, противоречия понятий, не достигая, однако, подлинного разрешения реальных противоречий объективного мира. Логические ступени «триады», «отрицающие» одна другую, связаны у Гегеля искусственными логическими переходами, не отражающими действительной материальной, естественно-исторической и общественно-исторической связи.

Ревизионисты всех толков издавна обвиняют марксистскую диалектику в том, что она якобы подчиняет реальное развитие надуманной схеме гегелевской «триады»: критики утверждают, что таким чисто схоластическим путем, без всяких иных доказательств марксизм якобы стремится обосновать противоречивый ход исторического развития и неизбежность революции. С таким обвинением по адресу марксова «Капитала», его знаменитой главы о законе капиталистического накопления, выступил еще механист Дюринг; эту клевету на марксизм повторяли потом русские народники типа Н. Михайловского и др.

Энгельс дал в своей критике Дюринга блестящий ответ на все подобные обвинения. Энгельс подчеркнул, что Маркс ничего не доказывает с помощью отрицания отрицания, но лишь резюмирует, подытоживает в этой общей диалектической формулировке долгое и внимательное изучение им подлинного, конкретного, исторического процесса развития капитализма и его исторических тенденций, получивших свое отображение во всем огромном материале «Капитала». Лишь в результате конкретного исторического изучения, подкрепленного огромным фактическим материалом, Маркс характеризует дополнительно этот процесс как происходящий по определенному диалектическому закону. Охватывая самые разнообразные явления одной всеобщей формулой отрицания отрицания, — указывал Энгельс, — мы этим еще ничего не говорим об особенностях каждого отдельного процесса развития. Между тем отрицать нужно не зря, но так, чтобы и первым и вторым «отрицаниями» выразить процесс действительного развития: «способ отрицания определяется... во-первых, общей, а во-вторых, особенной природой данного процесса»[5]. Только конкретное, всестороннее изучение каждого отдельного случая развития на фактическом материале может дать настолько глубокое понимание всех особенностей и противоречивых ступеней этого процесса, что это развитие в том или ином особом отношении становится возможным охарактеризовать как происходящее по общему закону отрицания отрицания.

Ленин также решительно отвергает обвинение народниками марксистов в сведении доказательств к гегелевским «триадам» и «непререкаемой» диалектической схеме. Ленин разъясняет Михайловскому, что самый термин «отрицание отрицания» у Маркса и Энгельса есть лишь «способ выражения», указывающий на историческое происхождение материалистической диалектики, имевший одним из своих источников диалектику Гегеля. По словам Ленина, Маркс «единственным критерием теории признавал верность ее с действительностью». Если же... при этом иногда оказывалось, что развитие какого-нибудь общественного явления подпадало под гегелевскую схему: положение, отрицание — отрицание отрицания, то ничего тут нет удивительного, потому что в природе это вообще не редкость»[6]. Только при гегелевском идеалистическом понимании развития, при котором развитие действительности подчинено развитию идеи, можно толковать о значении «триад», о «непререкаемости» диалектического процесса. В марксистской же диалектике «для триад не остается и другого места как роль крышки и шелухи»[7]. Суть закона отрицания отрицания не во внешней форме «триад», а в конкретном изучении внутренних особенностей процесса, неизбежно приводящих развитие к крутым поворотам, подготовляющих его «самоотрицание», в изучении последовательных ступеней развития нового из старого, в усвоении и переработке старого на новой, более высокой ступени.

И значительно позже Ленин доказывал т. Бухарину, злоупотреблявшему словом «диалектическое отрицание», что «нельзя употреблять его, не доказав сначала фактами осторожно»[8]. В то же время Ленин подымает на новую ступень марксистское понимание отрицания отрицания, формулируя его связь с законом единства противоположностей, подчеркнув, как характерную черту диалектического развития последовательность неизбежных этапов развития, ход развития «кругами», по спирали, с неизбежными поворотами, с возвратами, как бы к исходному пункту, выявив противоречивый путь развития нового из старого и связь нового со старым в этом развитии.

Изучая процесс развития нашей партии и партийной борьбы в частности на анализе материалов II съезда партии, Ленин показал, что развитие партийной борьбы подчинено тому же закону отрицания отрицания и идет путем противоречий: меньшинство на съезде становится большинством, большинство — меньшинством; исходный пункт идейной борьбы по поводу 1-го параграфа устава отрицается, уступая место непринципиальным вопросам, а затем начинается отрицание отрицания, возвращение к исходному пункту идейной борьбы; но «тезис» уже обогатился всеми результатами «антитезиса» и превратился в высший «синтез», когда с правильной или неправильной позицией по 1-му пункту уже связываются две разных системы взглядов, выявляются революционное и оппортунистическое крыло партии. «Одним словом, — писал Ленин, — не только овес растет по Гегелю, но и русские социал-демократы воюют между собой тоже по Гегелю»[9].

Однако это признание противоречивости развития партийной борьбы отнюдь не должно оправдывать софистику, эклектизм, зигзаги и личные ошибки политических деятелей: «Истинная диалектика не оправдывает личные ошибки, а изучает неизбежные повороты, доказывая их неизбежность на основании детальнейшего изучения развития во всей его конкретности»[10].

Пути развития партийной борьбы через противоречия с особой яркостью обозначались в переходный период. Борьба с антибольшевистской, меньшевистской, позицией Каменева и Зиновьева накануне и в период Октября, борьба с «левыми» коммунистами после победы пролетарской революции в период Бреста, сосредоточение огня «налево» против троцкизма в восстановительный период, затем превращение правого оппортунизма в главную опасность в эпоху социалистической реконструкции, далее «синтез» правых и левых в «право-левом» блоке и т. д. Тов. Сталин развивает далее ленинское учение о противоречивости процесса развития и последовательности проходимых ступеней, о противоречивых путях развития советского государства, национальных форм и интернационального содержания культуры и т. д.

Механисты чисто внешне поняли отрицание отрицания, восприняв его как гегелевскую «триаду», наполнив иным, механистическим содержанием: так т. Бухарин свел отрицание отрицания к «нарушению равновесия» и затем к новому «восстановлению» этого равновесия, в зависимости от условий внешней среды.

Меньшевиствующие идеалисты подменили отрицание отрицания эклектическим синтезом, соединением кусочков старого: диалектический материализм, по Деборину, есть синтез диалектики Гегеля и материализма Фейербаха. С точки зрения правого оппортунизма вся переходная эпоха есть восстановление равновесия, нарушенного Октябрьской революцией; неудивительно, что все развитие, по Бухарину, совершается в порядке плавной эволюции, без классовых противоречий, без надобности в укреплении диктатуры пролетариата. Троцкисты и «левые» оппортунисты совершали логические «прыжки» через необходимые стадии развития.

Ни правые, ни «левые» не поняли нового в строе социалистических производственных отношений, противоречивых путей его развития, роли старого в отношении к новому в развитии пролетарской революции.



[1] Ленин, Карл Маркс, Соч., т. XVIII, стр. 11. Подчеркнуто нами. – Авт.
[2] «Ленинский сборник» IX, стр. 277. Подчеркнуто нами. – Авт.
[3] «Ленинский сборник» IX, стр. 285. Подчеркнуто нами. – Авт.
[4] «Ленинский сборник» XII, стр. 100. Подчеркнуто нами. – Авт.
[5] Энгельс, Анти-Дюринг, стр. 100. Подчеркнуто нами. – Авт.
[6] Ленин, Что такое «друзья народа?» Соч., т. I, стр. 80. Подчеркнуто нами. – Авт.
[7] Ленин, Что такое «друзья народа?» Соч., т. I, стр. 84.
[8] «Ленинский сборник» XI, стр. 378.
[9] Ленин, Шаг вперед, два шага назад, Соч., т. VI, стр.326.
[10] Ленин, Шаг вперед, два шага назад, Соч., т. VI, стр.326. Подчеркнуто нами. – Авт.

Комментариев нет: