вторник, 10 мая 2016 г.

Глава XVIII. Колониальная система империализма.

Роль колоний в период империализма.

Колониальные захваты, стремление к образованию крупных империй путём покорения более слабых стран и народов существовали и до эпохи империализма и даже до возникновения капитализма. Но, как показал Ленин, в период империализма роль и значение колоний существенно изменяются не только по сравнению с докапиталистическими эпохами, но и по сравнению с периодом домонополистического капитализма. К «старым» методам колониальной политики прибавляется борьба монополистов за источники сырья, за вывоз капитала, за сферы влияния, за хозяйственные и военно-стратегические территории.
Как было показано, закабаление и систематическое ограбление народов других стран, особенно отсталых стран, превращение ряда независимых стран в зависимые страны составляет одну из главных черт основного экономического закона современного капитализма. Капитализм в ходе своего распространения по всему миру породил тенденцию к хозяйственному сближению отдельных стран, к уничтожению национальной замкнутости и постепенному объединению громадных территорий в одно связное целое. Единственным способом, посредством которого монополистический капитализм осуществляет постепенное экономическое объединение громадных территорий, является закабаление колоний и зависимых стран империалистическими державами. Это объединение происходит путём создания колониальных империй, основанных на беспощадном угнетении и эксплуатации колониальных и зависимых стран метрополиями.
В период империализма завершается образование капиталистической системы мирового хозяйства, которая строится на отношениях зависимости, на отношениях господства и подчинения. Империалистические страны путём усиленного вывоза капитала, расширения «сфер влияния», колониальных захватов подчинили своему господству народы колоний и зависимых стран. «Капитализм перерос во всемирную систему колониального угнетения и финансового удушения горстью «передовых» стран гигантского большинства населения земли»[1]. Таким образом, отдельные национальные хозяйства превратились в звенья единой цепи, называемой мировым хозяйством. Вместе с тем население земного шара раскололось на два лагеря — небольшую группу империалистических стран, эксплуатирующих и угнетающих колониальные и зависимые страны, и на громадное большинство колониальных и зависимых стран, народы которых ведут борьбу за освобождение от ига империализма.
На монополистической стадии капитализма сложилась колониальная система империализма. Колониальная система империализма представляет собой всю совокупность колоний и зависимых стран, угнетаемых и порабощаемых империалистическими государствами.
Колониальные грабежи и захваты, империалистический произвол и насилие, колониальное рабство, национальный гнёт и бесправие, наконец, борьба империалистических держав между собой за господство над народами колониальных стран — таковы формы, в которых протекал процесс создания колониальной системы империализма.
Империалистические государства путём захвата и ограбления колоний стремятся преодолеть растущие противоречия внутри своих стран. Высокие прибыли, выкачиваемые из колоний, дают возможность буржуазии подкупать верхушку квалифицированных рабочих, которая в интересах буржуазии старается вносить разложение в рабочее движение. В то же время эксплуатация колоний ведёт к обострению противоречий капиталистической системы в целом.

Колонии как аграрно-сырьевые придатки метрополий.

В эпоху империализма колонии представляют собой прежде всего наиболее надёжное и выгодное поле приложения капитала. В колониях финансовая олигархия империалистических стран располагает безраздельной монополией приложения капитала, получая особенно высокие прибыли.
Проникая в отсталые страны, финансовый капитал разлагает докапиталистические формы хозяйства — мелкое ремесло, полунатуральное мелкокрестьянское хозяйство — и вызывает развитие капиталистических отношений. В целях эксплуатации колониальных и зависимых стран империалисты строят на их территории железные дороги, создают промышленные предприятия по добыче сырья. Но в то же время империалистическое хозяйничанье в колониях задерживает рост производительных сил и лишает эти страны условий, необходимых для их самостоятельного экономического развития. Империалисты заинтересованы в хозяйственной отсталости колоний, так как эта отсталость облегчает им сохранение власти над зависимыми странами и усиление эксплуатации этих стран.
Даже там, где промышленность относительно более развита, — например в Индии, в некоторых странах Латинской Америки — развивается лишь горнодобывающая промышленность и некоторые отрасли лёгкой: хлопчатобумажная, кожевенная, пищевая. Тяжёлая индустрия, являющаяся базой экономической самостоятельности страны, крайне слаба; машиностроение почти отсутствует. Господствующие монополии принимают специальные меры, чтобы помешать созданию производства орудий производства: отказывают колониям и зависимым странам в кредитах на эти цели, не продают необходимого оборудования и патентов. Колониальная зависимость отсталых стран препятствует их индустриализации.
В 1920 г. доля Китая в мировой добыче угля равнялась 1,7%, в выплавке чугуна — 0,8, в производстве меди — 0,03%. В Индии производство стали в расчёте на душу населения накануне второй мировой войны (1938 г.) составляло 2,7 килограмма в год против 222 килограммов в Великобритании. Вся Африка в 1946 г. располагала лишь 1,5% топлива и электроэнергии, производимых в капиталистическом мире. Даже текстильная промышленность в колониальных и зависимых странах является слаборазвитой и отсталой. В Индии в 1947 г. было около 10 миллионов веретён против 34,5 миллиона веретён в Англии, население которой в 8 раз меньше населения Индии; в Латинской Америке в 1945 г. было 4,4 миллиона веретён против 23,1 миллиона веретён в США.
Лишённые условий для самостоятельного индустриального развития, колонии и полуколонии остаются аграрными странами. Источниками существования преобладающей массы населения этих стран является сельское хозяйство, скованное полуфеодальными отношениями. Застой и деградация сельского хозяйства задерживают рост внутреннего рынка.
Господствующие в колониях монополии допускают там развитие лишь таких отраслей производства, которые обеспечивают поставки сырья и продовольствия для метрополий. Это — добыча полезных ископаемых, возделывание товарных сельскохозяйственных культур и их первичная обработка. Вследствие этого экономика колоний и полуколоний приобретает чрезвычайно однобокий характер. Империализм превращает порабощённые страны в аграрно-сырьевые придатки к метрополиям.
Экономика многих зависимых стран специализирована на производстве одного-двух продуктов, идущих целиком на вывоз. Так, в период после второй мировой войны нефть составляет 97% вывоза Венесуэлы, оловянная руда — 70% вывоза Боливии, кофе — около 58% вывоза Бразилии, сахар — свыше 80% вывоза Кубы, каучук и олово — свыше 70% вывоза Малайи, каучук и чай — 80% вывоза Цейлона, хлопок — около 80% вывоза Египта, кофе и хлопок — 60% вывоза Кении и Уганды, медь — около 85% вывоза Северной Родезии, какао — около 50% вывоза Золотого Берега (Африка). Однобокое развитие сельского хозяйства (так называемая монокультура) отдаёт целые страны на полный произвол монополистам — скупщикам сырья.
В связи с превращением колоний в аграрно-сырьевые придатки к метрополиям в огромной мере возрастает роль колоний как источников дешёвого сырья для империалистических государств. Чем выше развит капитализм, чем сильнее чувствуется недостаток сырья, тем острее конкуренция и погоня за источниками сырья во всём мире, тем отчаяннее борьба за приобретение колоний. В условиях монополистического капитализма, когда промышленность потребляет огромные массы угля, нефти, хлопка, железной руды, цветных металлов, каучука и т. п., никакая монополия не может считать себя обеспеченной, если в её руках нет постоянных источников сырья. Из колоний и зависимых стран монополии получают необходимые им огромные массы сырья по низким ценам. Монопольное обладание источниками сырья даёт решающие преимущества в конкурентной борьбе. Захват источников дешёвого сырья позволяет промышленным монополиям диктовать монопольные цены на мировом рынке, продавать свои изделия по вздутым ценам.
Ряд важнейших видов сырья империалистические державы получают исключительно или большей частью из колоний и полуколоний. Так, в период после второй мировой войны колониальные и зависимые страны доставляют почти весь потребляемый в капиталистическом мире натуральный каучук, почти всё олово, 100% джута, 50% нефти, ряд важных пищевых продуктов — тростниковый сахар, какао, кофе, чай.
Предметом ожесточённой борьбы являются источники различных видов стратегического сырья, необходимого для ведения войны: угля, нефти, железных руд, цветных и редких металлов, каучука, хлопка и т. д. На протяжении ряда десятилетий империалистические державы — прежде всего США и Англия — борются за монопольное владение богатыми источниками нефти. Распределение мировых запасов нефти затрагивает не только экономические, но и политические интересы и взаимоотношения империалистических держав.
В эпоху империализма возрастает значение колоний как рынков сбыта для метрополий. При помощи соответствующей таможенной политики империалисты ограждают колониальные рынки сбыта от посторонней конкуренции. Таким путём монополии получают возможность сбывать в колониях по непомерно взвинченным ценам свою продукцию, в том числе и худшие товары, которые не находят сбыта на других рынках. Неэквивалентность обмена между империалистическими державами и зависимыми странами неуклонно растёт. Монополии, занимающиеся торговлей с колониями (скупкой сырья и сбытом промышленных товаров), получают сотни процентов прибыли. Они являются подлинными властелинами целых стран, распоряжающимися жизнью и достоянием десятков миллионов людей.
Колонии служат источником крайне дешёвой, зачастую почти даровой рабочей силы. Чудовищная эксплуатация рабочих масс обеспечивает особенно высокие доходы от капиталов, вложенных в колониях и зависимых странах. Помимо того, метрополии ввозят из этих стран сотни тысяч рабочих, выполняющих особенно тяжёлые работы за нищенскую оплату. Так, монополии в Соединённых Штатах, особенно на юге страны, подвергают бесчеловечной эксплуатации рабочих из Мексики и Пуэрто-Рико, монополии Франции — индокитайских рабочих и т. п.
Представление о размерах дани, взимаемой монополиями в колониях и полуколониях, дают следующие подсчёты, сделанные на основании официальных данных. Ежегодная дань, получаемая английским империализмом из Индии, накануне второй мировой войны составляла 150–180 миллионов фунтов стерлингов, в том числе: проценты по английским капиталовложениям — 40–45 миллионов, государственные расходы Англии, отнесённые за счёт Индии, — 25–30 миллионов, доходы и жалованье английских чиновников, военных специалистов в Индии — 25–30 миллионов, комиссионные доходы английских банков — 15–20 миллионов, доходы от торговли — 25–30 миллионов, доходы от судоходства — 20–25 миллионов. Американские монополии получили в 1948 г. от зависимых стран доходов: от капиталовложений — 1,9 миллиарда долларов, от перевозок, страхования и других ростовщических операций — 1,9 миллиарда, от продажи товаров по вздутым ценам — 2,5 миллиарда, от покупки товаров по заниженным ценам — 1,2 миллиарда, а всего в виде монополистической дани — 7,5 миллиарда долларов. Из этой дани не менее 2,5 миллиарда долларов доставляют страны Латинской Америки.
В обстановке, когда мир уже поделён и идёт подготовка к вооружённой борьбе за его передел, империалистические державы из стратегических соображений стремятся овладеть любыми землями, независимо от их хозяйственного значения. Империалисты захватывают всякие территории, имеющие или могущие иметь какуюлибо ценность в качестве опорных пунктов, военно-морских или военно-воздушных баз.
Колонии являются поставщиками пушечного мяса для метрополий. В первой мировой войне на стороне Франции сражалось до полутора миллионов солдат — негров из африканских колоний. Во время войны метрополии перекладывают на колонии значительную часть своих финансовых тягот. В колониях реализуется значительная часть военных займов; Англия широко использовала валютные запасы своих колоний во время первой и второй мировых войн.
Хищническая эксплуатация империализмом колониальных и зависимых стран обостряет непримиримое противоречие между насущными нуждами экономики этих стран и своекорыстными интересами метрополий.

Методы колониальной эксплуатации трудящихся масс.

Характерной чертой колониальных методов эксплуатации, обеспечивающих монопольно-высокие прибыли финансовому капиталу метрополий, является сочетание империалистического грабежа с феодально-крепостническими формами эксплуатации трудящихся. Развитие товарного производства и распространение денежных отношений, экспроприация земли у огромных масс коренного населения, разрушение мелкого ремесленного производства происходят наряду с искусственным сохранением феодальных пережитков и насаждением методов принудительного труда. С развитием капиталистических отношений натуральная аренда заменяется денежной, натуральные налоги — денежными, что ещё более ускоряет разорение крестьянских масс.
Господствующими классами в колониях и полуколониях являются феодалы-помещики и капиталисты — городские и сельские (кулаки). Класс капиталистов делится на компрадорскую буржуазию и национальную буржуазию. Компрадорами называются туземные посредники между иностранными монополиями и колониальным рынком сбыта и сырья. Феодалы-помещики и компрадорская буржуазия представляют собой вассалов иностранного финансового капитала, прямую продажную агентуру международного империализма, закабаляющего колонии и полуколонии. С развитием собственной промышленности в колониях растёт национальная буржуазия, оказывающаяся в двойственном положении: с одной стороны, гнёт чужеземного империализма и феодальных пережитков преграждает ей путь к экономическому и политическому господству, а с другой стороны, она совместно с иностранными монополиями участвует в эксплуатации рабочего класса и крестьянства. В наиболее крупных колониальных и полуколониальных странах существуют монополистические объединения местной буржуазии, находящиеся в зависимости от иностранных монополий. Поскольку национально-освободительная борьба направлена на свержение господства империализма, завоевание национальной самостоятельности страны и ликвидацию феодальных пережитков, тормозящих развитие капитализма, национальная буржуазия на известном этапе участвует в этой борьбе и играет прогрессивную роль.
Рабочий класс растёт в колониях и зависимых странах по мере развития промышленности и распространения капиталистических отношений. Его передовой частью является промышленный пролетариат. Многочисленный слой пролетариата составляют сельскохозяйственные рабочие — батраки, рабочие капиталистических мануфактур и мелких предприятий, а также городские чернорабочие, занятые всякими видами ручного труда.
Основную по численности массу населения колоний и полуколоний составляет крестьянство, причём в большинстве этих стран население деревни в своей подавляющей части состоит из безземельных и малоземельных крестьян — бедняков и середняков. Многочисленную городскую мелкую буржуазию представляют мелкие торговцы и ремесленники.
Концентрация земельной собственности в руках помещиков и ростовщиков дополняется захватом обширных земельных владений колонизаторами. В ряде колоний империализм создал плантационное хозяйство. Плантации представляют собой крупные сельскохозяйственные предприятия по производству определённых видов растительного сырья (хлопок, каучук, джут, кофе и т. д.), принадлежащие преимущественно колонизаторам и основанные на низкой технике, рабском или полурабском труде бесправного населения. В наиболее густонаселённых колониальных и зависимых странах преобладает мелкое крестьянское хозяйство, опутанное пережитками феодализма и отношениями ростовщической кабалы (Китай до победы народной революции, Индия, Индонезия и другие). В этих странах концентрация земельной собственности в руках помещиков сочетается с мелким землепользованием.
Крупные землевладельцы сдают землю в аренду небольшими участками на кабальных условиях. Широко распространена многостепенная паразитическая субаренда, при которой между земельным собственником и крестьянином, обрабатывающим землю, вклинивается несколько посредников, отнимающих у земледельца значительную долю урожая. Преобладает издольная аренда, причём крестьянин оказывается целиком во власти помещика, у которого он находится в неоплатном долгу. В ряде стран существуют прямые формы барщины и отработков: безземельные крестьяне за аренду или за долги обязаны несколько дней в неделю работать на помещика. Крайняя нужда заставляет крестьянина залезать в долги, идти в кабалу, а иногда и в рабство ростовщику; нередко крестьянин продаёт в рабство членов своей семьи.
До британского владычества в Индии государство получало часть производимых крестьянами продуктов в виде налога. После захвата Индии британские власти превратили прежних сборщиков государственных податей в крупных земельных собственников, владеющих поместьями в сотни тысяч гектаров. Около 3/4 сельского населения Индии фактически не имеет своей земли. В виде аренды крестьянин платит от 1/2 до 2/3 урожая, а из оставшейся части он вынужден выплачивать ростовщику в натуре проценты по долгам. В Пакистане, по данным за послевоенные годы, 70% всей обрабатываемой площади принадлежит 50 тысячам крупных помещиков.
В странах Ближнего Востока в настоящее время 75–80% населения занято в сельском хозяйстве. При этом в Египте 770 крупных помещиков имеют больше земли, чем два миллиона бедняцких хозяйств, составляющих около 75% всех хозяйств; из 14,5 миллиона лиц, живущих сельским хозяйством, 12 миллионов составляют мелкие арендаторы и батраки; арендная плата поглощает до 4/5 урожая. В Иране около 2/3 земли принадлежит помещикам, 1/6 — государству и мусульманской церкви; арендатор получает одну-две пятых урожая. В Турции более 2/3 крестьян фактически лишены земли.
В странах Латинской Америки земля сосредоточена в руках крупных помещиков и иностранных монополий. Так, например, в Бразилии, по данным переписи 1940 г., 51% хозяйств имели только 3,8% земельной площади. В странах Латинской Америки обнищавший крестьянин вынужден брать у помещика ссуды, которые подлежат возвращению отработками; при этой системе (так называемый «пеонаж») обязательства переходят из поколения в поколение, и вся семья крестьянина фактически становится собственностью помещика. Маркс называл пеонаж рабством в скрытой форме.
Большая часть скудного продукта непосильного труда крестьянина и его семьи присваивается эксплуататорами: помещиком, ростовщиком, скупщиком, сборщиком налогов и т. д. Они изымают продукт не только прибавочного, но и значительной части необходимого труда земледельца. Доход, остающийся у крестьянина, во многих случаях недостаточен даже для голодного существования. Множество крестьянских хозяйств разоряется, их прежние владельцы пополняют армию батраков. Огромных размеров достигает аграрное перенаселение.
Задавленное помещичье-ростовщической кабалой, крестьянское хозяйство в состоянии применять лишь самую примитивную технику, остающуюся без существенных изменений в течение сотен, а кое-где и тысяч лет. Примитивная техника обработки земли приводит к крайнему истощению почвы. Поэтому многие колонии, оставаясь аграрными странами, не в состоянии прокормить своё население и вынуждены ввозить продовольствие. Сельское хозяйство порабощённых империализмом стран обречено на упадок и деградацию.
В Индии, при огромном аграрном перенаселении и земельном голоде, производительно используется не более 30% всей пригодной для обработки площади. На землях, которые некогда считались наиболее плодородными в мире, урожайность исключительно низка и непрерывно падает. Частые неурожаи вызывают голодную смерть миллионов людей.
В странах Ближнего Востока оросительные системы запущены или разрушены; обрабатывается в среднем не более 9–10% земельной площади.
Колониальный гнёт обрекает рабочий класс на политическое бесправие и зверскую эксплуатацию. Дешевизна рабочей силы обусловливает крайне низкий технический уровень промышленных предприятий и плантаций. При низкой технике производства огромные прибыли монополий обеспечиваются путём непомерно высокой нормы прибавочной стоимости.
Рабочий день в колониях достигает 14–16 и больше часов. Как правило, на промышленных предприятиях и на транспорте отсутствует какаялибо охрана труда. Крайняя изношенность оборудования, нежелание предпринимателей тратить средства на ремонт и на технику безопасности приводят к частым авариям, от которых погибают или превращаются в калек сотни тысяч людей. Отсутствие какоголибо социального законодательства обрекает рабочего на голодную смерть при безработице, при увечье на производстве, при профессиональном заболевании.
Заработная плата колониальных рабочих крайне низка, она недостаточна даже для удовлетворения насущнейших потребностей. Рабочим приходится выплачивать определённую долю своего нищенского заработка всякого рода посредникам — подрядчикам, мастерам, надсмотрщикам, ведающим наймом рабочей силы. Широко распространён труд женщин, а также труд детей с 6–7-летнего возраста, оплачиваемый ещё более нищенски, чем труд рабочих-мужчин. Большинство рабочих опутано сетями долговой кабалы. Во многих случаях рабочие живут в специальных бараках или лагерях на положении заключённых, лишённых права свободного передвижения. В больших масштабах применяется принудительный труд как в сельском хозяйстве, так и в промышленности.
Крайняя экономическая отсталость в сочетании с высокой степенью эксплуатации обрекает колониальные народы на голод, нищету и вымирание. Огромную долю создаваемых в колониях материальных благ безвозмездно забирают крупнейшие монополии империалистических государств. В результате эксплуатации колоний и задержки развития их производительных сил национальный доход в расчёте на душу населения в колониях в 10–15 раз меньше, чем в метрополиях. Уровень жизни подавляющей массы населения крайне низок. Смертность чрезвычайно велика: голод и эпидемии ведут к вымиранию населения целых районов.
В африканских колониях рабство существует официально; власти устраивают облавы на негров, полиция оцепляет деревни и направляет захваченных людей на строительство дорог, на хлопковые и другие плантации и т. д. В Индии долговое рабство представляет собой обычное явление; оно существовало и в дореволюционном Китае. Распространена также продажа детей в рабство.
В колониях царит расовая дискриминация в оплате труда. Во Французской Западной Африке квалифицированные рабочие из коренного населения до сих пор получают в 4–6 раз меньше, чем рабочие-европейцы той же специальности. В Бельгийском Конго на рудниках рабочие-африканцы получают в 5–10 раз меньше рабочих-европейцев.
В США рабочие и служащие негры получают меньше половины заработной платы, выплачиваемой белым рабочим и служащим той же квалификации, а доход негров-фермеров в среднем вдвое меньше дохода белых фермеров в тех же районах. Сверхэксплуатация негритянского населения США даёт американским монополиям в годы после второй мировой войны ежегодно 4 миллиарда долларов добавочной прибыли. В Южно-Африканском Союзе 65% детей коренного населения умирает, не достигнув двухлетнего возраста.

Национально-освободительная борьба колониальных народов.

До эпохи империализма национальный вопрос охватывал немногие, главным образом европейские нации (ирландцы, венгры, поляки, финны, сербы и другие) и не выходил из рамок отдельных многонациональных государств. В эпоху империализма, когда финансовый капитал метрополий поработил народы колониальных и зависимых стран, рамки национального вопроса расширились, и он самым ходом вещей слился с общим вопросом о колониях. «Тем самым национальный вопрос был превращён из вопроса частного и внутригосударственного в вопрос общий и международный, в мировой вопрос об освобождении угнетённых народов зависимых стран и колоний от ига империализма»[2].
Единственным путём освобождения этих народов от гнёта эксплуатации является их революционная борьба против империализма. На всём протяжении капиталистической эпохи народы колониальных стран вели борьбу против чужеземных поработителей, нередко поднимая восстания, которые жестоко усмирялись колонизаторами. В период империализма освободительная борьба народов колониальных и зависимых стран приобретает небывалый ранее размах.
Уже в начале XX века, в особенности после первой русской революции 1905 г., трудящиеся массы колониальных и зависимых стран были пробуждены к политической жизни. Революционное движение поднялось в Китае, Корее, Персии, Турции.
Страны колониального мира различаются между собой по уровню экономического развития и по степени формирования в них пролетариата. Следует различать по крайней мере три категории колониальных и зависимых стран: 1) страны, в промышленном отношении совершенно неразвитые, не имеющие или почти не имеющие своего пролетариата; 2) страны, в промышленном отношении мало развитые и имеющие сравнительно малочисленный пролетариат, и 3) страны, капиталистически более или менее развитые и имеющие более или менее многочисленный пролетариат. Это определяет особенности национально-освободительного движения в колониальных и зависимых странах.
Поскольку в составе населения колониальных и зависимых стран преобладает крестьянство, национально-колониальный вопрос есть по сути дела крестьянский вопрос. Общей целью национально-освободительного движения в колониях и зависимых странах является освобождение от господства империализма и уничтожение всех феодальных пережитков. В силу этого всякое национально-освободительное движение в колониях и зависимых странах, направленное против империализма и феодального гнёта, если даже в этих странах сравнительно слабо развит пролетариат, имеет прогрессивный характер.
Национально-освободительное движение в колониях и зависимых странах, во главе которого стоит пролетариат, как признанный руководитель широких масс крестьянства и всех трудящихся, втягивает в борьбу против империализма гигантское большинство населения земли, угнетаемое финансовой олигархией нескольких крупнейших капиталистических держав. Интересы пролетарского движения в капиталистически развитых странах и национально-освободительного движения в колониях требуют соединения этих двух видов революционного движения в общий фронт борьбы против общего врага, против империализма. Пролетарский интернационализм исходит из того, что не может быть свободен народ, угнетающий другие народы. При этом, как учит ленинизм, действенная поддержка пролетариатом господствующих наций освободительного движения угнетённых народов означает отстаивание, защиту, проведение в жизнь лозунга о праве наций на отделение и на самостоятельное государственное существование.
Рост национально-освободительной борьбы угнетённых народов колоний и зависимых стран подтачивает устои империализма и подготовляет его крушение. Колониальные и зависимые страны из резерва империалистической буржуазии превращаются в резерв революционного пролетариата, в его союзника.

КРАТКИЕ ВЫВОДЫ

1.       Безудержная эксплуатация колоний и полуколоний является одним из важнейших условий существования современного капитализма. Максимальные прибыли монополий неразрывно связаны с эксплуатацией колоний и полуколоний в качестве рынков сбыта, источников сырья, сфер приложения капиталов, резервуаров дешёвой рабочей силы. Разрушая докапиталистические формы производства и вызывая ускоренный рост капиталистических отношений, империализм допускает лишь такое развитие хозяйства колоний и зависимых стран, при котором они лишены возможности добиться экономической самостоятельности и независимости. Колонии служат аграрно-сырьевыми придатками метрополий.
2.       Для колониальной системы империализма характерно переплетение капиталистической эксплуатации и грабежа с различными пережитками феодального, даже рабского гнёта. Финансовый капитал искусственно сохраняет в колониях и зависимых странах пережитки феодализма, насаждает принудительный труд, рабство. Каторжные условия труда при крайне низком уровне техники, полное бесправие, разорение и обнищание, голод и массовое вымирание являются уделом рабочего класса и крестьянства колониальных и полуколониальных стран.
Усиление колониальной эксплуатации и гнёта неизбежно вызывает сопротивление самых широких масс населения колониальных и зависимых стран. Национально-освободительное движение порабощённых народов втягивает в борьбу против империализма гигантское большинство населения земли, подтачивает устои империализма и подготовляет его крушение.



[1] В. И. Ленин, Империализм, как высшая стадия капитализма, Сочинения, т. 22, стр. 179.
[2] И. В. Сталин, Об основах ленинизма, Сочинения, т. 6, стр. 139.

Вернуться к оглавлению.

Комментариев нет: