среда, 21 декабря 2016 г.

4. Занятые лица.

Теперь переходим к вопросу о занятых лицах, о том, какая часть рабочей силы — как наёмных рабочих, так и отдельных производителей — организована у нас в капиталистическом производстве. Здесь мы имеем, во-первых, сведения Госплана (на стр. 211 «Контрольных цифр») о наёмных рабочих в частной промышленности. В 1925/26 г. их было там 283 тыс. чел. из всех 3 092 тыс. наёмных рабочих в промышленности. Это составляет 9,3%. Я сопоставил эти данные со сведениями ВЦСПС — какое количество рабочих из занятых в частной промышленности организовано по индустриальным профсоюзам. Статистика ВЦСПС дала справку на 1 октября 1926 г., — более свежих сведений у них нет, — и оказывается, что по всем одиннадцати индустриальным союзам организовано всего 156 тыс. чел. из тех 283 000, которые в частной промышленности заняты. Следовательно, из наёмных рабочих частной промышленности профсоюзы организовали пока только 55%, т. е. только около половины всех наёмных рабочих, работающих в частной промышленности. Между тем сами профсоюзы (ВЦСПС в отчёте к VII съезду профсоюзов) предполагали, что они охватывают свыше 80% всех рабочих, занятых в частной промышленности. О том, что это предположение неверно, видно из приведённого сопоставления. Нашим профсоюзам, таким образом, предстоит ещё провести большую работу для того, чтобы охватить всех рабочих, занятых в частной промышленности.
Кроме наёмных рабочих явно-капиталистической промышленности, значащихся в таблицах Госплана, надо учесть ещё наёмных рабочих лжекооперативов. Наёмных рабочих в промышленных предприятиях кооперации, по таблицам Госплана (стр. 211), насчитывается 250 тыс. чел. Пропорционально продукции лжекооперативов из этих наёмных рабочих кооперации не менее 70 тыс. чел. должно быть отнесено к наёмным рабочим капиталистических предприятий, лишь прикрывающихся кооперативной маской. Таким образом из всех наёмных рабочих промышленности на долю капиталистического предпринимательства приходится свыше 350 тыс., или 11,6%; из наёмных рабочих кооперации на лжекооперативы приходится, вероятно, несколько больше, чем выходит пропорционально продукции; так что можно считать, что из всех наёмных рабочих нашей промышленности до 12% занято у частных предпринимателей, как явных цензовых и нецензовых, так и прикрывающихся кооперативной формой.
Затем имеется ещё около 100 тыс. так называемых «членов» лжекооперативов, на деле замаскированных капиталистических рабочих и предпринимателей. Наконец, на частных предпринимателей через раздаточные конторы работает ещё около четверти кустарей, как следует из приводившихся выше данных о капиталистически организованной части кустарной промышленности.
Для учёта кустарей надо перевести их из подсчёта живых людей в подсчёт «средних годовых работников», чтобы можно было сравнивать с числом наёмных рабочих в фабричной промышленности. Дело в том, что в фабричной и в мелкой городской промышленности обычно работают круглый год, в сельской же кустарной промышленности, по докладу ЦСУ (т. Смит-Фалькнер) в комиссии НК РКИ, работа продолжается в среднем около 30 недель в году, но зато по 10 часов в день вместо 8 часов. Переведём по этим данным живых людей сельской промышленности в среднее годовое количество работников, прибавим работников городской нецензовой промышленности (общее количество всех занятых в нецензовой промышленности в 1925/26 г., по данным ЦСУ, составляло 2 893 тыс. чел. — цит. по т. Цылько, стр. 67, «На аграрном фронте») и вычтем часть, занятую в государственных, кооперативных и явно-капиталистических предприятиях (по обследованию ЦСУ, из всех лиц, занятых в нецензовой промышленности, на «простое частное товарное производство без наёмных рабочих» приходится 84%. См. стр. 241 «Справочника» ЦСУ на 1927 г.). Получим несколько менее 1 600 тыс. годовых работников (или почти 2 500 тыс. чел. живых людей; из них четверть — в городах и три четверти — в деревнях). Около четверти их продукции, как мы видели, приходится теперь на долю организованной раздаточными конторами домашней системы капиталистической промышленности. Следовательно, до 400 тыс. чел. «годовых работников» относится к эксплуатируемым «домашним рабочим» капиталистов (работающим на дому у себя, а не у капиталистов, и около 1 200 тыс. чел. «годовых работников» (что составляет около двух миллионов живых людей) являются самостоятельными трудовыми кустарями и ремесленниками без наёмных рабочих.
Общее количество занятых в промышленности лиц в 1925/26 г. составляет, таким образом, по СССР около 4 850 тыс. чел. (с переводом сельской части самостоятельных кустарей и «раздаточных» кустарей в «годовых работников»). По отдельным группам они распределяются следующим образом:

Число (в тыс. чел.)
Процент
Частный капитал
850
17
Частное трудовое производство
1 200
25
Кооперация (без лжекоопераций)
240
5
Государство
2 560
53

Всего на частную промышленность приходится, таким образом, 42% всех рабочих сил страны, занятых в промышленности (по таблицам «Контрольных цифр» почти такая же величина — 43%); если же взять во всех разрядах живых людей (а не «годовых работников»), то соотношение получится примерно таким:

Число (в тыс. чел.)
Процент
Частный капитал
1 100
18,3
Частное трудовое производство
2 000
33,3
Кооперация (без лжекооперации)
300
5,0
Государство
2 600
43,3

Если сопоставить процентное распределение всей валовой продукции промышленности страны и всего количества годовых работников и живых людей, то сразу бросается в глаза гораздо большая производительность труда в государственной промышленности, как более крупной и лучше оборудованной.

Годовых работников (в %)
Живых людей (в %)
Валовой продукции (в %)
Частный капитал
17
18,3
11,7
Частное трудовое производство
25
33,3
10,1
Кооперация (без лжекооперации)
5
5,0
4,7
Государство
53
43,3
73,6

Из этого видны, между прочим, две вещи.
Во-первых — каким громадным резервом для расширения государственной промышленности и для роста производства является ещё частное трудовое производство (и привязанная пока к капиталистическим раздаточным конторам часть кустарей). Перевод одного годового работника из частного трудового производства (главным образом ручного или с жалкими машинами) в условия оборудования государственного производства равносилен увеличению продукции на человека в три с половиной раза. Здесь прежде всего мы найдём ту массу квалифицированных рабочих, какая понадобится по мере окончания сооружения новых фабрик и заводов (по капитальному строительству). Заработок фабрично-заводского рабочего выше заработка большинства кустарей, так что препятствий в этом отношении нет. В течение ряда предстоящих лет можно ожидать перехода значительной части кустарей в разряд фабрично-заводских рабочих.
Второй вывод: цифры о громадном перевесе продукции государственного промышленного производства над производством частным не должны заслонять от нас того факта, что в отношении живых трудовых сил, занятых в промышленности, ещё более одной шестой непосредственно подчинено капиталу, а в частном хозяйстве в целом находится ещё более половины. Из этого следует особая социальная (общественно-классовая) важность мер по регулированию капиталистического производства в промышленности и мер по помощи и вовлечению в государственно-пролетарское русло обширного слоя мелких частных трудовых производителей (городских и сельских кустарей без наёмных рабочих). Ниже мы ещё остановимся на этих мерах.

Вернуться к оглавлению.

Комментариев нет: