среда, 21 декабря 2016 г.

5. Динамика и мероприятия.

Основное в динамике частной торговли в СССР за последнее пятилетие (1922–1927 гг.) заключается в том, что за это время значительно уменьшилась доля всех проходящих через неё товаров из состава общей товарной массы страны. Уменьшилась не только доля её в общем товарообороте (т. е. в сумме всех сделок, в том числе и повторных — по налоговым данным Наркомфина), но уменьшилась и относительная доля всей проходящей через неё продукции.
Если взять итог, какую часть всех промышленных и сельскохозяйственных товаров вместе (кроме внутрикрестьянского оборота) население получало через частную розницу в 1922 г., то эта доля превысит 80%. Между тем в 1925/26 г. она составляла, как мы видели, уже только около 50%. Этой разницей можно измерить успехи государства и кооперации по замещению своей деятельностью посреднической роли частного торговца. Успехи исключительно крупные для одного пятилетия, если вспомнить, что в основном они достигнуты не запрещением, а экономическим замещением, хозяйственной победой над частной торговлей.
Соответственно уменьшалась и роль частной оптовой торговли в смысле уменьшения той доли всей массы товаров, какая через неё проходила. Уменьшалась, конечно, и та часть облагаемого товарного оборота (сумма сделок, включая повторные), какая приходилась на долю частника. Только за два года, с 1923/24 г., по 1925/26 г., эта последняя величина (по «Контрольным цифрам» Госплана, стр. 374) упала для частной розничной торговли с 59% до 39% и для частной оптовой торговли — с 22% до 9,4%. Выше было уже подробно объяснено, что эти цифры никоим образом не совпадают с процентом, показывающим, какая доля всех товаров проходит через частную торговлю (надо накинуть процентов пятнадцать, чтобы парализовать влияние обилия повторных сделок в государственной и кооперативной торговле). Но они дают представление о тенденции, о направлении развития. Ибо и несколько лет назад и теперь в строении и функциях государственной торговли были те же особенности, какие создают несовпадение процентов по сумме оборотов с процентами по массе товаров. Но сверх того имеются и приведённые выше прямые сведения об уменьшении доли частных торговцев в самой массе всех проводимых через торговлю товаров, в том числе и специально на широком рынке.
Это отступление частной торговли перед крепнущей хозяйственной мощью государства не было, конечно, ни равномерным во всех частях, ни непрерывным. Столь прямолинейно такие сложные хозяйственные процессы не происходят. Само отступление совершилось при этом пока не путём уменьшения абсолютной величины частной торговли (количество товаров, сумма оборотов), а путём уменьшения её относительной доли при абсолютном росте. Это значит, что при общем подъёме всего хозяйства страны, при общем росте всякой торговли — торговля государственная и кооперативная росла быстрее частной. Наши критики и хулители неоднократно высказывали — одни опасение, а другие надежду, что частная торговля будет постепенно нас захлёстывать, будет всё уменьшать значение советской торговли. Пятилетний опыт даёт достаточно внушительный обратный результат в виде серьёзного относительного уменьшения роли в стране как раз частной торговли. А со временем придёт пора и абсолютного уменьшения количества проходящих через неё товаров и суммы её оборотов.
Неравномерность отступления перед нами частной торговли проявилась в неодинаковом абсолютном её росте в трёх различных направлениях. Эти данные показывают вместе с тем, за какие участки деятельности она держится всего упорнее и где должны быть преимущественно сосредоточены наши усилия.
Во-первых, по абсолютной сумме оборотов с первого полугодия 1923/24 г. по первое полугодие 1925/26 г. частная торговля в деревне выросла более чем вдвое, в то время как в городе даже немного уменьшилась, на 8% (стр. 21 сборника Наркомторга «Частная торговля Союза ССР»).
Во-вторых, вообще быстрота абсолютного роста частной оптовой торговли значительно больше, чем розничной. Я приводил уже по «Контрольным цифрам» Госплана (стр. 374), что с 1924/25 г. по 1926/27 г. — за два года частный оптовый оборот возрос на 80%, а частный розничный оборот — только на 33%.
В-третьих, в торговле государственными изделиями абсолютные обороты частной торговли упали, а в торговле товарами негосударственного производства (крестьянскими, кустарными, капиталистическими), наоборот, значительно увеличились (исключение составляет заготовка хлеба, где доля капиталистических скупщиков уменьшилась). Уменьшение абсолютных размеров оборотов с товарами государственного производства произошло в связи с почти полным вытеснением частника из посредничества между отдельными государственными предприятиями (очень распространённого при начале нэпа) и в связи с начавшимся последнее время чувствительным увеличением проведения через кооперацию мануфактуры и некоторых других госизделий.
Что касается отсутствия непрерывности в темпе вытеснения частной торговли из товарооборота страны, то можно установить один момент наиболее энергичного нажима (после кризиса 1923/24 г., что дало ускоренное понижение доли частника к 1924/25 г.) и один момент относительной стабилизации частной торговой сети и самой торговли (это наблюдалось в 1925/26 г., когда повысился приходящийся на частника процент сети и отчасти оборотов). В упомянутом сборнике Наркомторга под ред. т. Залкинда разработаны соответствующие данные налоговых сведений Наркомфина, из которых берём основные иллюстрации (стр. 160–163) указанного движения.
Во-первых, динамика городской сети. Доля частных торговцев составляла среди всего количества торговых заведений соответствующих разрядов:

1 и 2 разряды
3, 4 и 5 разряды
Июль — октябрь 1922 г.
99,3%
83,5%
Октябрь 1924 г. — март 1925 г.
94,4%
65,8%
Апрель — сентябрь 1926 г.
96,5%
66,2%

Во-вторых, динамика сельской сети. Доля частных торговцев составляла среди всего количества торговых заведений соответствующих разрядов:

1 и 2 разряды
3, 4 и 5 разряды
Июль — октябрь 1922 г.
97,0%
65,2%
Октябрь 1924 г. — март 1925 г.
93,5%
32,1
Апрель — сентябрь 1926 г.
97,0%
38,9

Мы делим все данные на две группы: капиталистическая торговля (3, 4 и 5 разряды) и некапиталистическая частная торговля (1 и 2 разряды — разносчики и киоски). Впрочем, и по каждому отдельному разряду в частности получается та же самая динамика, за единственным исключением по одному только полугодию для одного только четвёртого разряда (стр. 160 сборника).
Подобное же движение — быстрое падение с 1922 г. до 1925 г. и существенное замедление падения и частичный рост в 1925/26 г. имеем мы и по сумме оборотов частной торговли. Отчётные данные о них за; 1922–24 гг. имеются в сборнике Наркомторга (стр. 163) и за 1924–1926 гг. — в обзоре члена президиума Госплана т. В. Громана «Контрольные цифры и действительность» (в «Экономической жизни» от 2 апреля 1927 г.). К сожалению, эти данные не расчленены по разрядам и между городом и деревней, но всё же дают достаточное представление об общем характере изменений и их темпе. Все данные основаны на налоговых сводках НКФ, потому вполне однородны и сравнимы. Удельный вес, т. е. процент оборотов частной торговли в общем торговом обороте СССР, составлял согласно этим данным:
1922/23 год
55,9%
1923/24 год
45,9%
1924/25 год
29,6%
1925/26 год
27,7%

Надо заметить, что отчётные данные за последние два года показывают некоторую нашу недооценку степени сопротивляемости частной торговли её вытеснению. Между контрольными (т. е. предположительными, проектными) цифрами Госплана и между отчётными данными (т. е. тем, что оказалось затем в действительности) оказалась для 1925/26 г. существенная разница. Доля частной торговли в общем торговом обороте за 1925/26 г. составляет:
По «Контрольным цифрам»
24%
по отчётным данным
27,7%

Мне неизвестно, каким образом Госплан производил разработку отчётных налоговых данных НКФ за 1924/25 и за 1925/26 гг., какими оперирует в своём обзоре т. Громан. Непосредственные отчётные данные НКФ за эти два года, представленные т. Фрумкиным в упомянутую комиссию, ещё более резко подчёркивают факт относительной стабилизации оборотов частной торговли в 1925/26 г. сравнительно с предшествовавшим годом. По этим налоговым данным НКФ за 1925–1926 г. (соответствует фактической торговле за срок с 1 апреля 1925 г. по 1 апреля 1926 г.), абсолютный рост каждого из трёх видов торговли в отдельности составил:
Кооперативная
+4,1%
Государственная
+4,8%
Частная
+43,7%

Иначе сказать, прирост оборотов частной торговли за последний отчётный год — впервые за ряд лет — шёл быстрее прироста кооперативной и государственной, в три раза быстрее. Благодаря этому, по тем же данным НКФ, за тот же год в общем торговом обороте страны доля кооперации снизилась почти на 1 2/3%, доля государства тоже снизилась почти на 2 1/3% (и составляет 50,8%), а доля частной торговли, наоборот, возросла почти на 4%.
Относительная стабилизация (по Госплану) или относительный рост (по Наркомфину) оборотов частной торговли в 1925–1926 г., отличающие этот год от предыдущих (и соответствующие приведённому выше характеру изменения её сети), объясняются двумя обстоятельствами. Во-первых, 1925/26 г. был годом особого усиления разрыва (расстояния) между отпускными ценами госпромышленности и частными оптовыми и розничными ценами в сторону увеличения дохода частника. Частник мог использовать рыночную конъюнктуру и потому всячески стремился увеличить свои обороты, тем более, что налоговое обложение, как увидим ниже, не было в этом отношении для него такой крупной преградой, как иногда думают (см. раздел «Частный капитал и обложение»). Во-вторых, в 1925/26 г. особенно усиленно развивался (продолжавшийся и в 1926/27 г.) процесс перемещения капиталистической торговли в скупку кустарных и крестьянских продуктов и в торговлю ими и изделиями частной промышленности. Здесь сказывалось также сравнительное оживление кустарной и капиталистической промышленности в этом году (в разделе о промышленности приведена справка ВСНХ о росте на 65% в год частной цензовой и концессионной промышленности, взятых вместе).
Относительно 1926/27 г. отчётных налоговых данных об обороте пока ещё быть не может. Можно ожидать и на этот год продолжения тех же процессов, т. е., с одной стороны, закрытия частных фирм, легально торгующих государственной мануфактурой, и дальнейшего значительного развёртывания частной торговли так называемыми «скоропортящимися» продовольственными продуктами (овощи, мясо, масло, яйца и т. д.), лесом, строительными материалами, кустарными изделиями и тому подобной негосударственной продукцией. Отдельные имеющиеся уже указания относительно 1926/27 г. как будто подтверждают это. Так, «Материалы к докладу Госплана в СТО» о хозяйственной конъюнктуре (состоянии), публикуемые ежемесячно в «Экономической жизни», сообщают, что в феврале 1927 г. сравнительно с январём 1927 г. частная розничная торговля росла быстрее государственной и кооперативной; что в марте 1927 г. сравнительно с февралём она опять росла быстрее (частная выросла на 11,8%, а государственная и кооперативная только на 8%; см. «Экономическую жизнь» от 30 апреля 1927 г.); что за апрель 1927 г. сравнительно с мартом она опять росла быстрее государственной и кооперативной (которые выросли на 4%; см. Экономическую жизнь» от 31 мая 1927 г.). В частности по РСФСР, по данным Наркомторга РСФСР, «в апреле отмечается увеличение оборотов городской и сельской розничной торговли», причём «обороты государственной и кооперативной торговли понизились», а наряду с этим «отмечается значительное оживление частной торговли» («Экономическая жизнь»).
Особенно заметно замедление роста кооперативной торговли сравнительно с частной — как и в 1925/26 г. — в деревне. Так, по докладу председателя Центросоюза т. Любимова на всесоюзном совещании рабочей кооперации, за первое полугодие 1926/27 хозяйственного года обороты сельской кооперации повысились только на 9%, тогда как городской кооперации — на 33%, т. е. примерно в ногу с общим ростом торговых оборотов в стране («Экономическая жизнь» от 8 мая 1927 г.). Впрочем, и из некоторых отдельных крупных городских центров попадаются теперь в газетах сведения об относительной стабилизации частной торговли в текущем 1926/27 г. и даже иногда о лёгком приросте её доли. Вот, например, по Москве недавно выпущены «Контрольные цифры хозяйства Московской губернии» за подписью председателя Моссовета т. Уханова, в его брошюре, которая так и называется. Там, на стр. 54, приведена справка о доле частника в розничной торговле в Москве и Московской губернии и указывается, что в 1924/25 г. она составила 33,4%, в 1925/26 г. — уже 36,0% и в 1926/27 г. ещё несколько больше — 36,5%. Конечно, т. Уханов результатов всего 1926/27 г. ещё не мог знать. Очевидно, это есть плановое предположение, основанное на предварительных ориентировочных данных. Но тем не менее это указывает на то, что ожидается сравнительная стабильность частной розничной торговли (даже с небольшой тенденцией к её росту) даже в самой Москве. Другой пример. Из Днепропетровска, крупного украинского центра (бывший Екатеринослав), есть телеграмма в «Правде» от 23 марта 1927 г., что там доля рабочего бюджета, покрываемого кооперацией и государственными органами, упала с 38% в прошлом году до 35,4% в этом году и вместе с тем соответственно увеличилась доля, покрываемая через частных торговцев. Из Донбасса (Штеровка) телеграфируют в «Правду» от 2 апреля 1927 г., что там доля рабочего бюджета, покрываемого госорганами и кооперацией, упала сравнительно с предшествовавшим годом с 47% до 38%, и зато увеличилась доля, покрываемая через частных торговцев главным образом за счёт сельскохозяйственных товаров, как масло, яйца и т. д.
Можно полагать, что относительная стабилизация частной торговли кончится вместе с 1926/27 хозяйственным годом. Это вытекает из двух обстоятельств. Во-первых, в 1927 г. начали проводиться на практике серьёзные меры по уменьшению разрыва между отпускными фабричными и между розничными ценами. На 1 июня 1927 г. сравнительно с 1 января 1927 г. общий уровень розничных цен промизделий понизился уже примерно на 6% и процесс этот будет продолжаться и в дальнейшем. Во-вторых, уже осознаются перемены, наступившие в характере и направлении частной торговли за последние годы (значительный переход к торговле негосударственными изделиями, особая роль и значение оптовой торговли, нехарактерность закрытия частных мануфактурных фирм для суждения об общем положении капиталистической торговли и т. д.). В связи с этим наблюдавшееся до сих пор сравнительно бессистемное наступление на частную торговлю, так сказать, рассыпным фронтом, не дававшее иногда всех ожидавшихся результатов, будет заменено экономической кампанией более продуманной, более плановой и более сосредоточенной на тех именно участках фронта, где в настоящий момент сконцентрировать внимание необходимо. Улучшившееся финансовое положение государственно-кооперативного хозяйства даёт возможность несколько лучше обеспечить проводимые мероприятия и необходимыми средствами.
Сущность назревших и намечающихся к постепенному проведению мероприятий на основании предшествовавшего нашего изложения может быть сформулирована примерно следующим образом:
1)      внесение плана в экономическое вытеснение и замещение капиталистической оптовой и полуоптовой торговли (установление очерёдности прекращения её кредитования и снабжения в соответствующих отраслях и районах, соответственные налоговые меры и т. д.);
2)      сокращение товарного, денежного и авансового кредита оказывавшегося государством капиталистической торговле, и направление этой части его на развитие кооперативных заготовок и кооперативного снабжения;
3)      усиление государственных и кооперативных заготовок так называемых «скоропортящихся» продовольственных продуктов крестьянское хозяйство (масло, овощи, мясо, яйца и т. д., и обеспечение этой работы созданием надлежащего оборудования (постройка холодильников в крупных рабочих центрах, оборудование специальных вагонов для перевозки и т. д.);
4)      развитие государственной и кооперативной организации сбыта (и снабжения) трудовой кустарной промышленности;
5)      обеспечение полного действительного соблюдения большего благоприятствования потребительской кооперации сравнительно с частником (в частности налогового), особенно имея в виду важность проведения промышленных товаров в деревню именно кооперативным путём;
6)      более значительный учёт в планах банковского кредитования необходимости развёртывания в указанных направлениях кооперативной торговли, чем это имело место до настоящего времени;
7)      ограничение произвола частных торговцев в установлении цен поощрением общественного контроля над ними (вплоть до бойкота за чрезмерное вздувание цен) и созданием прямой связи с подходящей частью розничников для устранения влияния на них частных оптовиков и для ограничения уровня их цен и доходов соответствующими договорами; причём проводимая таким путём через частников доля должна уменьшаться по мере роста организационных и прочих возможностей кооперации.
Нетрудно видеть, что совокупность этих мероприятий должна повести к постепенному фактическому ограничению капиталистической и вообще частной торговли только изделиями капиталистического производства и непосредственными продажами отдельных мелких производителей отдельным непосредственным потребителям. Если взять, например, оптовую и полуоптовую капиталистическую торговлю промышленными изделиями за 1925/26 г., то это означало бы сведение её только к 11,7% (капиталистическая продукция) вместо тех 28% всей массы промышленных товаров, какие шли через неё фактически. При этом по мере «раскапитализации» домашней системы капиталистической промышленности освобождалась бы ещё постепенно и подчинённая сейчас капиталистической производственной эксплуатации часть кустарей. А тем самым и доля капиталистов в торговле промтоварами понизилась бы ещё значительно ниже 11,7% (ибо сюда входит и продукция «домашней системы»; см. раздел о промышленности).
Если взять всю частную торговлю сельскохозяйственными продуктами (кроме внутрикрестьянского оборота), то постепенное осуществление намечаемых мер означало бы уменьшение доли покупок городским населением продовольствия крестьянского происхождения у частных лиц с 75%, как это было в 1925/26 г., только до 30% (отпала бы капиталистическая часть заготовок).
В качестве дальнейших перспектив (в жизни осуществляемых параллельно, только более медленным темпом) можно наметить переход частных фабрик и заводов на сбыт только госорганам и кооперативным объединениям, а в сельском хозяйстве — такую степень сбытового кооперирования крестьян, при какой отпали бы и личные продажи ими на базарах и заменились сбытом соответствующим потребительским кооперативам и хозорганам. Само собой разумеется, что всё это делается не сразу, требует времени, организации, культуры и средств. Но общая линия идёт в этом направлении, и ближайшие очередные мероприятия на намечаемом пути уже вполне ясны. Необходимость и возможность их осуществления проверены и доказаны уже опытом жизни. Даже при бессистемном распылённом наступлении на частный капитал в торговле всё же мы сумели за пятилетие 1922–1927 гг. понизить его долю в торговле не менее чем вдвое, хотя и не без трудностей, не без неравномерности и перебоев во времени. Теперь, при внесении в это дело продуманного опыта пережитого пятилетия, плана и новых средств можно не сомневаться, что и предстоящее пятилетие даст нам не меньший темп понижения удельного веса частной торговли в общей массе товарной продукции СССР.

Вернуться к оглавлению.

Комментариев нет: