среда, 16 декабря 2015 г.

Диалектика и эклектика. Ленин и Сталин об основном, решающем звене.

Каждая вещь, по выражению Ленина, находится в многоразличных отношениях с другими вещами. Однако не все они имеют одинаковое значение: есть отношения существенные, менее существенные и даже совсем не существенные. Мы уже указывали, что связи между явлениями могут быть необходимыми и случайными. Строгое разграничение необходимых и случайных связей, существенных и несущественных отношений является важным требованием марксистского диалектического метода. Пренебрежение этим требованием неизбежно ведёт к подмене диалектики эклектикой.

Между тем диалектика враждебна не только софистике, игнорирующей связь всех сторон явлений, но и эклектике, которая механически соединяет все стороны, не умея выделить самые существенные и решающие связи и отношения.
Прекрасное определение сущности эклектики дал Ленин: «Логика формальная... берет формальные определения, руководясь тем, что наиболее обычно или что чаще всего бросается в глаза, и ограничивается этим. Если при этом берутся два или более различных определения и соединяются вместе совершенно случайно... то мы получаем эклектическое определение, указывающее на разные стороны предмета и только»[1].
Таким образом, эклектика есть чисто произвольное и случайное соединение разных сторон предмета или процесса, соединение, в котором игнорируется различие между важными и неважными сторонами, не выделяются существенные связи и отношения предмета. Эклектик механически соединяет разные стороны и свойства предмета и рассуждает по принципу: «с одной стороны», «с другой стороны», «с третьей стороны» и т. д. Если материалист говорит, что первенствующую роль в обществе играют материальные условия жизни, а идеалист, напротив, говорит, что такую роль играют идеи, то эклектик произвольно соединяет и ту и другую точки зрения, заявляя, что как то, так и другое имеет значение.
Ясно, что эклектика вредна для познания. Эклектик с грехом пополам видит связь и взаимодействие различных сторон предмета, но не видит основы взаимодействия, неспособен выделить в каждом данном случае решающее, основное звено в цепи событий и задач.
Вот некоторые факты из истории нашей партии, которые показывают, что диалектика прямо противоположна эклектике и что эклектицизм всегда был наряду с софистикой характернейшей чертой всякого рода оппортунизма.
Вспомним дискуссию о профсоюзах, которая имела место в нашей партии в 1920–1921 гг.
Эта дискуссия началась с вопроса о том, какую роль должны играть профсоюзы в период перехода на мирное хозяйственное строительство, какими методами они должны работать. В борьбе с троцкистами, которые, выставляя тезис о том, что профсоюзы должны быть административно-техническим аппаратом управления производством, требовали «огосударствления профсоюзов», Ленин теоретически обосновал роль профессиональных союзов как школы коммунизма, школы государственного управления.
Ленин вёл борьбу не только с троцкистами, но и с так называемой «буферной группой» Бухарина, которая прикрывала и защищала троцкистов и которая заявила, что профсоюзы — и то и другое: и аппарат управления хозяйством и школа воспитания. При этом представители «буферной группы» пытались «логически» обосновать свои взгляды. Ленин подверг резкой критике это «логическое» обоснование, показав, что диалектика подменяется «мертвым и бессодержательным эклектицизмом». Ленинская критика и ленинский подход к вопросу представляют классический образец диалектического анализа, образец применения диалектического требования о выделении существенного, важного из сети многоразличных связей явлений.
Стремясь обвинить Ленина в «односторонности», противники его привели пример со стаканом: нельзя-де говорить о стакане, что он или инструмент для питья, или стеклянный цилиндр, — он и то, и другое. Так же обстоит дело и с профсоюзами: они и аппарат государства, и школа коммунизма.
Ленин ответил «популярным», по его собственному выражению, «объяснением того, что такое эклектицизм в отличие от диалектики».
«Стакан, — сказал он, — есть, бесспорно, и стеклянный цилиндр и инструмент для питья. Но стакан имеет не только эти два свойства или качества или стороны, а бесконечное количество других свойств, качеств, сторон, взаимоотношений и «опосредствований» со всем остальным миром. Стакан есть тяжелый предмет, который может быть инструментом для бросания. Стакан может служить как пресс-папье, как помещение для пойманной бабочки, стакан может иметь ценность, как предмет с художественной резьбой или рисунком, совершенно независимо от того, годен ли он для питья, сделан ли он из стекла, является ли форма его цилиндрической или не совсем, и так далее и тому подобное»[2].
Показав, что стакан имеет много свойств и что его связи с другими предметами многоразличны, Ленин далее подчеркивает, что не все эти свойства и связи одинаково важны и существенны в тот или иной момент.
«Если мне нужен стакан сейчас, как инструмент для питья, то мне совершенно не важно знать, вполне ли цилиндрическая его форма и действительно ли он сделан из стекла, но зато важно, чтобы в дне не было трещины, чтобы нельзя было поранить себе губы, употребляя этот стакан, и т. п. Если же мне нужен стакан не для питья, а для такого употребления, для которого годен всякий стеклянный цилиндр, тогда для меня годится и стакан с трещиной в дне или даже вовсе без дна и т. д.»[3].
Дело в том, что «меняется назначение стакана, употребление его, связь его с окружающим миром»[4]. Поэтому «вся человеческая практика должна войти в полное «определение» предмета и как критерий истины и как практический определитель связи предмета с тем, что нужно человеку»[5].
Под этим подлинно диалектическим углом зрения Ленин подходит и к вопросу о роли профсоюзов.
Ленин всё внимание обращает на то, чтобы при всём многообразии роли профсоюзов найти самое существенное с точки зрения объективных условий периода социалистического строительства, с точки зрения практических задач борьбы за социализм. Такой диалектический подход к вопросу привёл Ленина к известному выводу, что профсоюзы есть школа коммунизма.
«Не «с одной стороны, школа, с другой нечто иное», а со всех сторон... профсоюзы суть школа, школа объединения, школа солидарности, школа защиты своих интересов, школа хозяйничанья, школа управления»[6].
Враги марксизма своё предательство делу рабочего класса всегда пытались прикрыть подменой диалектики эклектикой, софистикой. Так действовали не только оппортунисты внутри нашей партии, но и весь международный оппортунизм. Ленин и Сталин неустанно разоблачали эту подмену диалектики эклектикой и в процессе борьбы с оппортунизмом оттачивали оружие марксовой диалектики.
Эклектика — типичное проявление боязни проникнуть в сущность действительности и познать её законы, т. е. внутренние, органические связи. Это — излюбленное средство буржуазной социологии, которая стремится заменить познание законов эмпирическим и эклектическим описанием явлений и фактов.
Противопоставление диалектики эклектике вскрывает одну из важнейших особенностей диалектики — именно её конкретность. Эклектика боится определённости, точности, ясности понятий и решений. Она расплывчата и туманна. Диалектика, напротив, от начала до конца конкретна. Ей нетерпим дух колебаний, двусмысленности. Выясняя существенное и важное в массе явлений, она помогает уверенно формулировать точные и ясные понятия, верно отражающие действительность.
«Диалектика конкретна и революционна..., — указывает Ленин. — Эклектика и софистика Каутских и Вандервельдов, в угоду буржуазии, смазывают все конкретное и точное в классовой борьбе...»[7].
Отличать диалектику от эклектики тем более важно, что только диалектическое требование о выделении существенных связей и отношений явлений даёт возможность в практической деятельности правильно видеть и намечать «решающее», «основное», «особое», по выражению Ленина и Сталина, звено в цепи задач. Эклектический подход к действительности не даёт такой возможности. Раз все стороны процесса одинаково важны, то как определить основное звено в цепи задач? Если профсоюзы «и то, и другое, и третье», то где критерий, который позволил бы указать основное звено в многообразных задачах профсоюзов? Только диалектика, не механически объединяющая все стороны явления, а рассматривающая их с точки зрения главного и существенного, позволяет точно и конкретно намечать основную задачу, обеспечивающую выполнение всех остальных задач.
«Недостаточно, — писал Ленин, — быть революционером и сторонником социализма или коммунистом вообще. Надо уметь найти в каждый особый момент то особое звено цепи, за которое надо всеми силами ухватиться, чтобы удержать всю цепь и подготовить прочно переход к следующему звену, причем порядок звеньев, их форма, их сцепление, их отличие друг от друга в исторической цепи событий не так просты, и не так глупы, как в обыкновенной, кузнецом сделанной цепи»[8].
Товарищ Сталин, указывая главные условия, обеспечивающие правильность тактического руководства, также подчёркивает важность нахождения «в каждый данный момент того особого звена в цепи процессов, ухватившись за которое можно будет удержать всю цепь и подготовить условия для достижения стратегического успеха»[9].
Товарищ Сталин показывает, что, например, в период образования нашей партии таким основным звеном было создание общерусской политической газеты, в первые годы нэпа таким главным звеном было развитие торговли и т. д.
Говоря о наших планах развития хозяйства и культуры, товарищ Сталин также подчёркивает необходимость определить главное звено. Так, о первом пятилетнем плане товарищ Сталин говорил: «Чтобы осуществить такой план, нужно, прежде всего, найти основное звено плана, ибо только найдя основное звено и ухватившись за него, — можно было вытянуть все остальные звенья плана.
В чём состояло основное звено пятилетнего плана?
Основное звено пятилетнего плана состояло в тяжёлой промышленности с её сердцевиной — машиностроением»[10].
В период постепенного перехода от социализма к коммунизму, когда победа социализма создала все необходимые объективные условия для успешного движения с низшей стадии на высшую стадию коммунизма, одним из таких решающих и основных звеньев является борьба за преодоление пережитков капитализма в сознании людей, коммунистическое воспитание трудящихся. XVIII съезд ВКП(б) указал, что эта задача в ряду других задач, связанных с коммунистическим строительством, является решающей.
В современной борьбе двух лагерей — лагеря мира, демократии и социализма, и лагеря империализма — основным звеном является борьба за мир, против американо-английских поджигателей войны.
Диалектика, следовательно, требует в совокупности условий и задач видеть главное, основное, за что нужно всеми силами ухватиться, чтобы добиться практического успеха.



[1] В. И. Ленин, Соч., т. 32, изд. 4, стр. 72.
[2] В. И. Ленин, Соч., т. 32, изд. 4, стр. 71–72.
[3] В. И. Ленин, Соч., т. 32, изд. 4, стр. 72.
[4] В. И. Ленин, Соч., т. 32, изд. 4, стр. 72.
[5] В. И. Ленин, Соч., т. 32, изд. 4, стр. 72.
[6] В. И. Ленин, Соч., т. 32, изд. 4, стр. 74–75.
[7] В. И. Ленин, Соч., т. 28, изд. 4, стр. 300.
[8] В. И. Ленин. Соч., т. 27. изд. 4, стр. 244.
[9] И. В. Сталин, Соч., т. 6, стр. 163.
[10] И. В. Сталин, Соч., т. 13, стр. 174–175.

Комментариев нет: