вторник, 22 декабря 2015 г.

Внутренние и внешние противоположности. Диалектика и теория «равновесия».

Понимая развитие как борьбу противоположностей, марксистская диалектика показывает, что главным источником развития являются внутренние противоречия предметов и явлений, раскрытие, развёртывание, преодоление этих противоречий. Однако помимо внутренних противоречий, свойственных самим предметам, существуют и внешние противоречия между предметами. Чрезвычайно большое теоретическое и практическое значение имеет выяснение вопроса о соотношении внутренних и внешних противоположностей.

Метафизические теории переносят центр тяжести вопроса об источниках развития на внешние противоположности. Очищая предметы от внутренних противоречий и тем самым отрицая их собственные внутренние стимулы развития, метафизики видят источник развития в столкновении внешних противоположностей.
Одной из наиболее распространённых в буржуазной и ревизионистской философии теорий, сформулировавших этот взгляд на развитие, является так называемая теория «равновесия». Эта «теория» имела своих сторонников и в России. Ею пользовались враги нашей партии, для того чтобы философски «обосновать» свою предательскую капитулянтскую политику.
Одним из ревностных проповедников теории «равновесия», пытавшимся превратить её в целую философскую концепцию, был А. Богданов.
Сущность теории «равновесия» состоит в том, что внутренние противоречия в явлениях и предметах отрицаются. Развитие путём борьбы внутренних противоречий заменяется в теории «равновесия» столкновением внешних сил, внешних противоположностей.
«Тело, — писал Богданов, — всегда движется в какой-нибудь среде, т. е. в пространственном соотношении с другими телами. Эта среда оказывает ему сопротивление, противодействующее механической энергии перемещения; сопротивление может быть значительное или ничтожное... но оно существует, и оно в той или иной мере постепенно уничтожает силу движения. Пока эта сила превышает его, движение продолжается; в известный момент наступает равновесие — и тело останавливается; бывают случаи, когда сопротивление, быстро возрастая, в свою очередь получает перевес, и движение тела сменяется обратным... Здесь есть налицо не только «противоречия» или, вернее, противодействия — термин, гораздо более подходящий для материалистической диалектики: здесь есть и переход количественных изменений в качественные; уменьшение скорости приводит к смене движения покоем или обратным перемещением».
Такое понимание развития Богданов распространяет на все явления. И вывод, который он делает о развитии, гласит: «От равновесия через нарушающую его борьбу двух сил к новому равновесию».
Такова метафизическая теория «равновесия», противопоставляемая марксистской диалектике. Легко видеть её насквозь механистический характер. Тело само по себе инертно и неподвижно. Оно находится в равновесии со средой. Но вот другое, внешнее первому телу, толкает его, и оно приходит в движение. Или, наоборот, движущееся тело сталкивается с другим и останавливается. Это называется у «теоретиков» равновесия «изменением качества». Богданов и не скрывает механицизма своей теории. «Механическая точка зрения, — пишет он, — и есть единая организационная точка зрения, в её развитии, в её победах над разрозненностью науки».
В теории «равновесия» нет и не может быть места для понимания движения как самодвижения, т. е. движения, имеющего свои внутренние стимулы. Источник движения переносится вовне. Только столкновение внешних сил может изменить предмет. Эта «теория» не только совершенно не способна объяснить действительный процесс развития природы, но, более того, неизбежно ведёт к идеализму. Перенося источник, движущую силу всякого развития вовне, требуя для развития и изменения внешнего толчка, она необходимо ведёт к признанию того, что мир пришёл в движение под влиянием какой-то сверхъестественной силы.
Критикуя в своё время Дюринга, философские взгляды которого также сводились к механической теории «равновесия», Энгельс писал: «Мы можем вертеться и изворачиваться, как нам угодно, но под руководством г. Дюринга мы каждый раз опять возвращаемся — к персту божию»[1].
Особенно вредна эта «теория» в применении к общественной жизни.
Теория «равновесия» совершенно игнорирует внутрендние противоречия общества, противоречия между классами, между реакционными и прогрессивными силами. Развитие общества рассматривается как развитие, происходящее не в силу внутренних общественных противоречий, а в силу определённого типа взаимоотношений между обществом и природой. Всё дело, оказывается, в том, какая сила преобладает — сила природы или сила общества. Если общество выкачивает из природы больше благ, мы имеем равновесие с положительным знаком; если оно неспособно производить благ столько, сколько ему необходимо, мы будем иметь равновесие с отрицательным знаком.
Однако весь опыт мировой истории, научно обобщённый марксистской теорией общества, опровергает этот подход как совершенно антинаучный и реакционный. Это типично буржуазный подход, сознательно затушёвывающий пропасть, разделяющую противоположные классы, и их борьбу, проповедующий гармонию классов в целях общей «борьбы» с природой, с внешними «стихийными силами».
Если бы благополучие общества зависело от «равновесия» с природой, то современное капиталистическое общество, поднявшее на высокий уровень развитие производительных сил, должно было бы быть раем для людей. Но, несмотря на то что благ выкачивается из природы довольно много, тем не менее большинство людей при капитализме живёт плохо, и лишь господствующие классы чувствуют всю сладость «положительного равновесия». Более того, господствующие классы сознательно уничтожают эти материальные блага, так как их некуда сбыть, хотя миллионы людей нуждаются в них, чтобы не умереть с голоду. Происходят кризисы, войны. Идёт жестокая классовая борьба. Теория «равновесия» не только бессильна объяснить эти явления, но сознательно прикрывает их, отвлекает от них внимание трудящихся. Теорией «равновесия» как орудием реформистского обмана рабочего класса широко пользовались Каутский и другие ренегаты марксизма. Ярый враг марксизма Бухарин выступил с теорией «организованного капитализма», сущность которой заключалась в отрицании внутренних противоречий капитализма, который якобы на современной стадии перестаёт быть анархическим, становится «организованным».
В полной мере сущность теории «равновесия» сказалась в годы борьбы за социализм, когда правые оппортунисты сделали её своим теоретическим оружием.
В своей речи «К вопросам аграрной политики в СССР» товарищ Сталин раскрыл контрреволюционную сущность этой «теории». Социалистический и капиталистический секторы в народном хозяйстве теория «равновесия» представляла, как своего рода ящики, которые «лежат на различных рельсах и мирно катятся вперёд, не задевая друг друга». Когда эти параллельные линии вопреки геометрии сойдутся, тогда получится социализм.
«При этом, — говорил товарищ Сталин, — теория эта упускает из виду, что за так называемыми «ящиками» стоят классы, а движение этих «ящиков» происходит в порядке ожесточённой классовой борьбы, борьбы не на жизнь, а на смерть, борьбы по принципу «кто кого»»[2].
Теорию «равновесия» правые оппортунисты использовали для борьбы против индустриализации страны и коллективизации сельского хозяйства, для того чтобы навязать партии свою контрреволюционную политику классового мира с кулачеством, мирного врастания кулачества в социализм.
Утверждая, что внутренние противоречия предмета являются его двигательной силой, марксистская диалектика отнюдь не требует игнорирования внешних противоположностей или умаления значения борьбы между ними для развития. Ни один предмет не существует вне взаимодействия с другим предметом. Следовательно, определённые предметы относятся друг к другу как внешние противоположности. Общество, например, не может существовать вне своей противоположности — природы. Сам труд человека, благодаря которому он может существовать, есть не что иное, как процесс взаимодействия между человеком и природой. Но как раз этот пример показывает, насколько права диалектика со своим взглядом на внутренние противоречия как решающие и основные. Ибо преодоление противоречия между природой и обществом в смысле усиления господства человека над природой зависит прежде всего от преодоления внутренних противоречий общества. Эта зависимость ярко обнаруживается на фактах исторического развития.
Феодализм последнего периода тормозил развитие производительных сил, препятствовал процессу роста господства человека над природой. Какой был выход для того, чтобы изменить соотношение внешних противоположностей — природы и общества? Выход был один — преодоление внутренних противоречий общества, уничтожение феодального строя, сковывавшего новые, более прогрессивные тогда капиталистические отношения, возникшие в его недрах. И история пошла этим единственно возможным путём.
Империализм также тормозит развитие производительных сил, препятствует усилению господства человека над природой. И причиной этого являются не соотношение между обществом и «средой», а внутренние противоречия капиталистического общества, само существование капиталистических производственных отношений, под тяжестью которых задыхаются выросшие производительные силы.
Величайшим подтверждением этого закона служит Октябрьская социалистическая революция. Разрешив внутренние противоречия старой помещичье-буржуазной России, она создала почву для небывалого развития производительных сил страны. Она ускорила производство материальных благ, высвободила лежавшие под спудом природные богатства страны. Осуществление грандиозной программы преобразования природы в СССР, несомненно, будет означать гигантский скачок в развитии советского общества. Но возможен ли такой план преобразования природы в капиталистических странах? Конечно, нет. При капитализме нельзя и мечтать о такого рода гигантских мероприятиях по преобразованию природы. Капиталисты хищнически относятся к природе, преследуя интересы прибыли, растрачивая без оглядки природные богатства, действуя по принципу: после нас хоть потоп.
Общество, которое наш народ воздвигает, — общество коммунистическое — впервые за всю историю делает человека подлинным господином природы. И это происходит потому, что коммунистический способ производства снимает все препятствия для безграничного развития общества, которые существовали ранее, в старых антагонистических формациях.
Таким образом, мы можем сделать вывод, что всякий процесс развития основан на возникновении, развитии и преодолении противоречий — противоречий как внутренних, так и внешних. Всякий предмет, составляющий единство внутренних противоположностей, находится в известной связи и взаимодействии с другими предметами, и тем самым они выступают друг по отношению к другу как внешние противоположности. Внутренние и внешние противоположности в каждом процессе переплетаются, связаны друг с другом, взаимодействуют друг с другом. Но основными, решающими являются внутренние противоречия, борьба за их преодоление. Эта борьба есть главная двигательная сила всякого развития, всякого движения. Вот почему диалектическая теория обращает основное внимание на познание внутренних источников развития.



[1] Ф. Энгельс, Анти-Дюринг, 1950, стр. 58.
[2] И. В. Сталин, Соч., т. 12, стр. 144.

Вернуться к оглавлению.

Комментариев нет: