понедельник, 7 ноября 2016 г.

1. Хозяйственно-организаторская деятельность Советского социалистического государства в переходный период от капитализма к социализму.

Диктатура пролетариата осуществляет хозяйственно-организаторскую и культурно-воспитательную функцию с момента своего установления. Однако в первой фазе развития Советского социалистического государства эта функция, как указывает товарищ Сталин, не получила своего полного развития. Советскому государству пришлось выдержать упорную борьбу с белогвардейцами и иностранными интервентами и неустанно крепить оборонную мощь страны. Внутри страны в переходный период от капитализма к социализму шла борьба с капиталистическими элементами, и в этих условиях на первом плане не могла не стоять задача подавления сопротивления эксплуататоров и ограничения капиталистических элементов. Промышленность и транспорт в начале революции были слабо развиты, да к тому же мелкотоварные крестьянские хозяйства не были коллективизированы. Социалистический сектор далеко ещё не был преобладающим в хозяйстве страны. В этот период хозяйственно-организаторская и культурно-воспитательная деятельность социалистического государства была направлена на восстановление промышленности и сельского хозяйства, на всемерное развитие ростков нового, социалистического хозяйства, на политическое воспитание трудящихся в духе Советской власти, в духе понимания преимуществ социализма. Только во второй фазе развития социалистического государства хозяйственно-организаторская и культурно-воспитательная функция получила полное развитие.
Какие экономические задачи решала функция хозяйственно-организаторской и культурно-воспитательной работы в условиях первой фазы в развитии социалистического государства? Эта функция играла решающую роль в обеспечении победы рабочего класса в гражданской войне, в восстановлении промышленности и сельского хозяйства страны после окончания гражданской войны и разгрома иностранной интервенции, в построении социалистической экономики и уничтожении эксплуататорских классов.
Хозяйственно-организаторская и культурно-воспитательная деятельность Советского государства, как отмечалось выше, началась с первых дней существования диктатуры пролетариата. В программных работах Ленина «Очередные задачи Советской власти», «О «левом» ребячестве и о мелкобуржуазности» и других была развёрнута хозяйственная политика Советского государства, рассчитанная на приступ к социалистическому строительству. Однако осуществление этой программы было прервано начавшейся гражданской войной и иностранной империалистической интервенцией.
В годы гражданской войны Советское государство было вынуждено проводить особую хозяйственную политику, известную под наименованием политики, военного коммунизма. Товарищ Сталин так выразил суть этой политики: «Военный коммунизм есть навязанная военной обстановкой и интервенцией политика пролетарской диктатуры, рассчитанная на то, чтобы установить прямой продуктообмен между городом и деревней не через рынок, а помимо рынка, мерами, главным образом, внеэкономического и отчасти военного порядка, и имеющая своей целью организовать такое распределение продуктов, которое бы могло обеспечить снабжение революционных армий на фронте и рабочих в тылу»[1].
После разгрома белогвардейцев и интервентов надобность в подобной политике отпала, и Советское государство приступило к установлению хозяйственных взаимоотношений между городом и деревней через рынок. Как показал Ленин в брошюре «О продовольственном налоге» и других своих трудах, экономические отношения социалистического города и мелкотоварной деревни на первых порах могут осуществляться лишь через товарообмен, торговлю.
Известно, что Советская страна переживала тогда хозяйственную разруху как следствие четырёхлетней империалистической войны и трёхлетней гражданской войны с буржуазно-помещичьей контрреволюцией и иностранной интервенцией. Продукция крупной промышленности в 1920 г. была в 7 раз меньше довоенной. Транспорт был разрушен. Запасы металла, угля, мануфактуры были почти исчерпаны. Продукция сельского хозяйства составляла около половины довоенной. В стране был острый недостаток в самом необходимом: в хлебе, мясе, жирах, обуви, одежде, спичках, соли, керосине, мыле. «Пока шла война, — говорит товарищ Сталин, — люди мирились с этими недостатками и нехватками, а иногда даже переставали их замечать. Но теперь, когда войны не стало, люди вдруг почувствовали нестерпимость этих недостатков и нехваток и стали требовать немедленного их устранения»[2].
Недовольство охватило прежде всего крестьянство. В годы борьбы с белогвардейцами и интервентами сложился военно-политический союз рабочих и крестьян: Советская власть дала крестьянам землю, защищала их от помещиков и кулаков, крестьянство давало рабочим по продразвёрстке хлеб и активно боролось за Советскую власть.
По окончании гражданской войны этой основы для союза рабочих и крестьян оказалось недостаточно. Надо было подвести новую экономическую базу под этот союз. Такой базой могло быть лишь установление нормального товарообмена, торговли между мелкотоварными производителями — крестьянами — и социалистической промышленностью на основе подъёма сельского хозяйства и развития социалистической промышленности. На следующей ступени развития меновая форма смычки должна была уступить место производственной форме смычки рабочего класса с крестьянством, что также не отменяет необходимости товарно-денежных отношений между кооперативно-колхозными предприятиями и предприятиями государственными.
Недовольство крестьянства представляло собой грозную опасность, так как союз рабочего класса с крестьянством составляет основу Советской власти и высший принцип диктатуры пролетариата. Но стихия недовольства в 1921 г. захватила не только крестьянство. В известной мере она задела и рабочий класс. Если лучшая, наиболее сознательная часть рабочих самоотверженно переносила лишения и настойчиво боролась за восстановление хозяйства, то менее сознательная часть рабочих, вынужденная заниматься кустарничеством, так как многие предприятия стояли, уходила в деревню, переставала быть рабочими, деклассировалась. В связи с этим стала ослабевать классовая база диктатуры пролетариата.
В этих условиях ключом к восстановлению разрушенного хозяйства и к оздоровлению политической обстановки в стране являлся подъём сельского хозяйства. На это не раз указывали Ленин и Сталин. Почему на первом плане в 1921 г. стал вопрос о подъёме сельского хозяйства и улучшении положения крестьянства? Экономически потому, что только увеличение производства хлеба и сырья для промышленности давало возможность восстановить промышленность, закрепить рабочих в городе, прекратив их уход в деревню. Политически потому, что, увеличивая производство хлеба и сырья и давая возможность крестьянину реализовать излишки сельскохозяйственной продукции на рынке, Советская власть ликвидировала недовольство, охватившее известную часть крестьян и даже отдельных рабочих. Это давало возможность сохранить рабочий класс как основную социальную базу диктатуры пролетариата, укрепить союз рабочего класса с крестьянством под руководством рабочего класса. Диалектика исторического развития настоятельно диктовала необходимость поднятия производительных сил мелкотоварного производства для развития производительных сил социалистического сектора, для развития государственной промышленности. Ленин по этому поводу говорил:
«В итоге политическая обстановка к весне 1921‑го года сложилась так, что немедленные, самые решительные, самые экстренные меры для улучшения положения крестьянства и подъёма его производительных сил стали неотложно необходимы.
Почему именно крестьянства, а не рабочих?
Потому, что для улучшения положения рабочих нужны хлеб и топливо. Сейчас «задержка» самая большая — с точки зрения всего государственного хозяйства — именно из-за этого. А увеличить производство и сбор хлеба, заготовку и доставку топлива нельзя иначе, как улучшив положение крестьянства, подняв его производительные силы. Начать надо с крестьянства. Кто не понимает этого, кто склонен усматривать в этом выдвигании крестьян на первое место «отречение» или подобие отречения от диктатуры пролетариата, тот просто не вдумывается в дело, отдаёт себя во власть фразе. Диктатура пролетариата есть руководство политикой со стороны пролетариата. Пролетариат, как руководящий, как господствующий класс, должен уметь направить политику так, чтобы решить в первую голову самую неотложную, самую «больную» задачу. Неотложнее всего теперь меры, способные поднять производительные силы крестьянского хозяйства немедленно. Только через это можно добиться и улучшения положения рабочих, и укрепления союза рабочих с крестьянством, укрепления диктатуры пролетариата. Тот пролетарий или представитель пролетариата, который захотел бы не через это пойти к улучшению положения рабочих, оказался бы на деле пособником белогвардейцев и капиталистов. Ибо идти не через это значит: цеховые интересы рабочих поставить выше классовых интересов, значит: интересам непосредственной, минутной, частичной выгоды рабочих принести в жертву интересы всего рабочего класса, его диктатуры, его союза с крестьянством против помещиков и капиталистов, его руководящей роли в борьбе за освобождение труда от ига капитала.
Итак: в первую голову нужны немедленные и серьёзные меры для поднятия производительных сил крестьянства»[3].
X съезд партии большевиков по докладу Ленина принял важнейшее решение о переходе от продовольственной развёрстки к продовольственному налогу, о переходе к новой экономической политике. Вводя нэп, партия исходила из того, что хозяйственная заинтересованность крестьян приведёт к быстрому восстановлению сельского хозяйства, что даст возможность восстановить промышленность и вытеснить частный капитал, накопить силы для создания мощной социалистической индустрии, приступить к социалистической реконструкции сельского хозяйства и перейти в решительное наступление на капиталистические элементы по всему фронту.
Коммунистическая партия правильно считала, что введение продналога и свобода торговли излишками сельскохозяйственных продуктов хотя и приведут к известному оживлению капитализма, по подъём сельского хозяйства и промышленности обеспечит бурное развитие социалистического сектора; это позволит рабочему классу и Советскому государству перейти в наступление на капиталистические элементы в целях их ограничения и вытеснения, а затем и ликвидации; борьба социалистических элементов с капиталистическими приведёт к победе социалистических элементов над капиталистическими. Россия нэповская станет Россией социалистической, указывал Ленин.
Природа и особенности новой экономической политики с предельной чёткостью и глубиной раскрыты в следующих положениях товарища Сталина:
«Нэп есть особая политика пролетарского государства, рассчитанная на допущение капитализма, при наличии командных высот в руках пролетарского государства, рассчитанная на борьбу элементов капиталистических и социалистических, рассчитанная на возрастание роли социалистических элементов в ущерб элементам капиталистическим, рассчитанная на победу социалистических элементов над капиталистическими элементами, рассчитанная на уничтожение классов, на постройку фундамента социалистической экономики»[4].
Троцкисты, бухаринцы, децисты и другие антипартийные группировки, ведя линию на реставрацию капитализма, трактовали нэп как отступление от политики строительства социализма. Ленин и Сталин разоблачали врагов партии и раскрыли двойственную природу нэп как политики, которая включала в себя и отступление и наступление. Введя нэп, коммунистическая партия и Советская власть совершили отступление, допустили капиталистические элементы, перестроили свои ряды и повели планомерное наступление на капиталистические элементы на основе подъёма всего народного хозяйства. Уже первый год нэп позволил сделать крупные шаги в подъёме сельского хозяйства и укрепил союз рабочего класса с крестьянством, усилил диктатуру пролетариата. Это позволило приступить к восстановлению промышленности и транспорта. Сохранив в своих рядах все командные высоты народного хозяйства — крупную промышленность, транспорт, землю, банки, внешнюю торговлю и значительную часть внутренней торговли, — Советское государство добилось перелома на хозяйственном фронте в целом в пользу социализма.
В 1923 г. советское правительство провело снижение цен на промышленные товары, денежную реформу и установило твёрдую, устойчивую валюту. На этой основе были преодолены серьёзные хозяйственные трудности, которые ещё давали себя чувствовать в результате неликвидированной разрухи и которые усугублялись вредительскими действиями троцкистов и других врагов народа.
В 1925 г. восстановление народного хозяйства приблизилось к концу. Сельское хозяйство достигло 87% от довоенного уровня, а промышленность поднялась до 75% от объёма довоенной промышленной продукции. Установление диктатуры пролетариата, экспроприация помещиков и капиталистов, превращение земли, фабрик, заводов, шахт, рудников, нефтепромыслов, путей сообщения, банков в общенародную собственность, проведение новой экономической политики, строительство государственной социалистической промышленности и курс на проведение ленинского кооперативного плана, ограничение и вытеснение капиталистических элементов — таковы условия, обеспечившие восстановление народного хозяйства СССР.
В 1925 г. со всей остротой встал вопрос о перспективах развития страны, о судьбах социализма в СССР. Возможно ли построение социалистического общества на путях новой экономической политики, которая, укрепляя и расширяя устои социализма, в то же время давала и некоторый рост капитализма? В каком направлении вести хозяйственное строительство в СССР — в социалистическом или капиталистическом? Опираясь на ленинскую теорию о возможности построения социализма в одной, отдельно взятой, стране, партия под руководством И. В. Сталина дала чёткие ответы на эти вопросы.
Развивая ленинскую теорию социалистической революции, товарищ Сталин показал две стороны проблемы победы социализма в одной стране — внутреннюю и международную.
Товарищ Сталин показал, что рабочий класс нашей страны, победивший в Октябре 1917 г. капитализм политически и проведший уже в жизнь ряд мер, рассчитанных на то, чтобы разбить хозяйственную мощь капитализма и создать условия для построения социализма, может и должен добить капитализм также экономически. Решая эту задачу, рабочий класс может преодолеть неантагонистические противоречия, существующие между ним и трудящимся крестьянством, сплотить крестьян вокруг себя, вовлечь их в социалистическое строительство, развить социалистическую промышленность, социалистически реконструировать сельское хозяйство, одолеть экономически свою собственную буржуазию и построить социализм.
«Ни затяжка революции на Западе, ни частичная стабилизация капитализма в несоветских странах не могут приостановить нашего продвижения вперёд — к социализму. Новая экономическая политика может только облегчить это дело, ибо она введена партией именно для того, чтобы облегчить строительство социалистического фундамента нашего народного хозяйства»[5]. Таков был ответ товарища Сталина, ответ партии на вопрос о победе социализма в Советском Союзе в связи с внутренней стороной проблемы.
Что же касается международной стороны проблемы, т. е. внешних противоречий между СССР и капиталистическим миром, то эти противоречия могут быть разрешены лишь уничтожением капиталистического окружения, что может быть осуществлено лишь усилиями пролетариев и трудящихся ряда стран. «Но из этого следует, что победа социализма в СССР, выражающаяся в ликвидации капиталистической системы хозяйства и в построении социалистической системы хозяйства, всё же не может считаться окончательной победой, поскольку опасность вооружённой иностранной интервенции и попыток реставрации капитализма остаётся неустранённой, поскольку страна социализма остаётся не гарантированной от такой опасности. Чтобы уничтожить опасность иностранной капиталистической интервенции, нужно уничтожить капиталистическое окружение»[6].
Враги народа, ведшие линию на реставрацию капитализма, с ожесточением выступили против курса партии на построение социализма в СССР. Ленинско-сталинской теории построения социализма они противопоставляли то меньшевистскую «теорию» «перманентной революции», отрицание союза рабочего класса с крестьянством, неверие в силы рабочего класса, то бухаринскую «теорию» «мирного врастания» кулака в социализм, то троцкистско-зиновьевскую концепцию невозможности построения социализма в СССР ввиду его технико-экономической отсталости, то другие буржуазные предрассудки. Под руководством товарища Сталина партия большевиков разгромила врагов народа и взяла твёрдый курс на построение социализма в СССР.
***
Развивая ленинскую теорию построения социализма в одной стране, товарищ Сталин разработал вопрос о методах и путях социалистического строительства и прежде всего вопрос о социалистической индустриализации страны и коллективизации крестьянских хозяйств.
В декабре 1925 г. товарищ Сталин подвёл итоги успехам хозяйственного строительства в СССР и констатировал, что большевистской партии и советскому правительству в короткий исторический срок, опираясь на преимущества советской системы хозяйства, удалось восстановить народное хозяйство. Эти успехи, указывал товарищ Сталин, дают возможность во весь рост поставить задачу превращения нашей страны из аграрной в индустриальную. В осуществлении этой задачи заключалась суть, основа генеральной линии партии на построение социализма.
Раскрывая существо большевистской политики индустриализации страны, товарищ Сталин особое внимание обращал на следующие моменты: а) индустриализация страны как основа строительства социализма означала не развитие промышленности вообще, а развитие социалистической промышленности при неуклонном вытеснении промышленности капиталистической; б) индустриализация страны предполагала создание и развитие тяжёлой промышленности и её сердцевины — машиностроения как основы промышленной мощи страны. «Центр индустриализации, основа её состоит в развитии тяжёлой промышленности (топливо, металл и т. п.), в развитии, в конце концов, производства средств производства, в развитии своего собственного машиностроения»[7]; в) индустриализация страны предполагала техническую реконструкцию промышленности и всех видов транспорта, переоборудование старых заводов, строительство новых, создание новых отраслей промышленности; г) индустриализация страны имела своей задачей обеспечить хозяйственную самостоятельность Советского Союза и уберечь страну от превращения её в придаток мирового капитализма. «Это, — говорил товарищ Сталин на XIV съезде партии, — есть наша линия строительства, которой держится партия и которой будет она держаться и впредь. Эта линия обязательна, пока есть капиталистическое окружение». «...Нам абсолютно необходим тот минимум независимости для нашего народного хозяйства, без которого невозможно будет уберечь нашу страну от хозяйственного подчинения системе мирового капитализма»[8]; д) индустриализация страны призвана была создать мощную базу обороны страны, создать мощную оборонную промышленность, располагающую судостроительными, авиационными, танковыми, артиллерийскими и другими военными заводами; е) наконец, индустриализация страны предполагала создание тракторных заводов, заводов современного сельскохозяйственного машиностроения, чтобы снабдить их продукцией сельское хозяйство и дать возможность миллионам мелких единоличных крестьянских хозяйств перейти на крупное колхозное производство.
Политика социалистической индустриализации страны призвана была обеспечить создание тяжёлой промышленности, способной осуществить техническую реконструкцию страны, обеспечить быстрый рост и господство социалистических форм хозяйства, укрепление экономической базы диктатуры пролетариата, полную экономическую самостоятельность страны и укрепление её оборонной мощи. Таково существо большевистской политики индустриализации страны.
Решающее значение для успеха этой политики имело правильное решение вопросов об источниках финансирования капитального строительства и о темпах развития социалистической промышленности.
«История, — говорит товарищ Сталин, — знает различные способы индустриализации.
Англия индустриализировалась благодаря тому, что она грабила десятки и сотни лет колонии, собирала там «добавочные» капиталы, вкладывала их в свою промышленность и ускоряла темп своей индустриализации. Это один способ индустриализации.
Германия ускорила свою индустриализацию в результате победоносной войны с Францией в 70‑х годах прошлого столетия, когда она, взяв пять миллиардов франков контрибуции у французов, влила их в свою промышленность. Это второй способ индустриализации.
Оба эти способа для нас закрыты, ибо мы — страна Советов, ибо колониальные грабежи и военные захваты в целях грабежа несовместимы с природой Советской власти.
Россия, старая Россия, сдавала кабальные концессии и получала кабальные займы, стараясь таким образом выбраться постепенно на путь индустриализации. Это есть третий способ. Но это — путь кабалы или полукабалы, путь превращения России в полуколонию. Этот путь тоже закрыт для нас, ибо не для того мы вели трёхлетнюю гражданскую войну, отражая всех и всяких интервенционистов, чтобы потом, после победы над интервенционистами, добровольно пойти в кабалу к империалистам.
Остаётся четвёртый путь индустриализации, путь собственных сбережений для дела промышленности, путь социалистического накопления, на который неоднократно указывал тов. Ленин, как на единственный путь индустриализации нашей страны»[9].
Партия и советский народ пошли по этому четвёртому пути, указанному Лениным и Сталиным. Советское государство, руководимое большевистской партией, открыло новые источники накопления, каких не знало и не может знать капиталистическое общество. Советское государство экспроприировало помещиков и капиталистов в нашей стране, в связи с чем земля, фабрики, заводы, банки и т. д. превратились в общенародную собственность. Прибыль от государственных предприятий, банков, торговли была направлена не на потребление паразитического класса капиталистов и не на расширение их доходов, а на дальнейшее расширение промышленности.
Далее, Советская власть, уничтожив помещичью собственность на землю, освободила крестьянство от уплаты помещикам около 500 млн. руб. золотом ежегодно арендной платы, освободила от необходимости вносить, кроме того, арендную плату натурой и покупать землю.
Наконец, Советская власть аннулировала царские долги, по которым ежегодно приходилось одних только процентов платить за границу сотни миллионов рублей золотом.
Советская власть умело использовала все эти новые источники накопления, установила строгую финансовую дисциплину и строжайшую экономию денежных средств и материальных ценностей и обратила накопленные ресурсы на капитальное строительство. Важную роль в осуществлении этих мероприятий сыграли постановления ЦИК и СНК СССР от 11 июня 1926 г. «О режиме экономии» и Совета Труда и Обороны от 8 марта 1929 г. «О правильном использовании внутренних ресурсов государственных предприятий», а также другие постановления советского правительства, в которых намечались конкретные меры рационализации производства, снижения себестоимости продукции, ликвидации непроизводительных расходов и т. д. Советское государство в реконструктивный период ещё более энергично, чем на первом этапе нэп, в восстановительный период, внедряло метод хозяйственного расчёта как важнейший метод хозяйственного управления. Советский народ единодушно поддержал своё правительство в последовательном осуществлении всех этих мер, и дело социалистической индустриализации страны быстро пошло вперёд. Страна приступила к строительству новых гигантских предприятий, таких, как Днепрострой, Сталинградский тракторный завод, автомобильный завод имени Сталина и другие.
На основе роста крупной промышленности шло вытеснение капиталистических элементов, которые к 1930 г. в области промышленности окончательно пошли ко дну. XVI партийная конференция, собравшаяся в апреле 1929 г., одобрила грандиозный план вооружения промышленности и сельского хозяйства новой техникой. Объём капитальных вложений был определён на 1928–1933 гг. в 64,6 млрд. руб. «Основная задача пятилетки, — указывал товарищ Сталин, — состояла в том, чтобы создать в нашей стране такую индустрию, которая была бы способна перевооружить и реорганизовать не только промышленность в целом, но и транспорт, но и сельское хозяйство — на базе социализма»[10].
СССР вступил в полосу великих сталинских пятилеток, преобразовавших лицо страны и определивших грандиозный скачок от отсталости к прогрессу.
Одним из центральных вопросов развития социалистической индустрии является вопрос о темпах развития. Большевистская партия исходила из необходимости быстрых темпов индустриализации страны, руководствуясь соображениями двоякого рода.
Во-первых, партия исходила из факта существования враждебного капиталистического окружения, готовящего войну против СССР. Ещё накануне Октябрьской социалистической революции В. И. Ленин подчёркивал: «Война неумолима, она ставит вопрос с беспощадной резкостью: либо погибнуть, либо догнать передовые страны и перегнать их также и экономически... Погибнуть или на всех парах устремиться вперёд. Так поставлен вопрос историей»[11].
Вопрос о быстром темпе развития не стоял бы так остро, разъяснял товарищ Сталин, если бы СССР имел с самого начала высокоразвитую промышленность на высокой технической основе или если бы СССР не представлял собой единственной страны диктатуры пролетариата, а опирался бы на сотрудничество с другими крупными социалистическими странами. Но народам Советского Союза приходилось индустриализировать страну, преодолевая технико-экономическую отсталость в условиях враждебного капиталистического окружения, когда неумолимо надвигалась война. В этих условиях вопрос о том, чтобы в кратчайший срок догнать и перегнать в технико-экономическом отношении капиталистические страны, стоял как вопрос жизни и смерти нашего развития. «Иногда спрашивают, — говорил товарищ Сталин в речи «О задачах хозяйственников», — нельзя ли несколько замедлить темпы, придержать движение. Нет, нельзя, товарищи! Нельзя снижать темпы! Наоборот, по мере сил и возможностей их надо увеличивать. Этого требуют от нас наши обязательства перед рабочими и крестьянами СССР. Этого требуют от нас наши обязательства перед рабочим классом всего мира.
Задержать темпы — это значит отстать. А отсталых бьют. Но мы не хотим оказаться битыми. Нет, не хотим!»[12].
Таковы внешние обстоятельства, диктовавшие необходимость быстрых темпов развития крупной социалистической промышленности в СССР. Но помимо внешних условий существовали внутренние, требовавшие быстрых темпов развития индустрии. Эти внутренние условия, указывает товарищ Сталин, состояли прежде всего в чрезмерной отсталости нашего земледелия, его техники и культуры. Если индустрия является ведущим началом народного хозяйства, то сельское хозяйство в свою очередь составляет базу развития индустрии и как рынок, поглощающий продукцию промышленности, и как поставщик сырья и продовольствия, и как источник экспортных резервов. Нельзя двигать вперёд индустрию, оставляя сельское хозяйство в условиях отсталой техники. Необходимо осуществить социалистическую реконструкцию сельского хозяйства, а для этого необходим быстрый темп развития индустрии. «Нельзя без конца, т. е. в продолжение слишком долгого периода времени, базировать Советскую власть и социалистическое строительство на двух разных основах, на основе самой крупной и объединённой социалистической промышленности и на основе самого раздроблённого и отсталого мелкотоварного крестьянского хозяйства. Нужно постепенно, но систематически и упорно переводить сельское хозяйство на новую техническую базу, на базу крупного производства, подтягивая его к социалистической промышленности. Либо мы эту задачу разрешим, — и тогда окончательная победа социализма в нашей стране обеспечена, либо мы от неё отойдём, задачи этой не разрешим, — и тогда возврат к капитализму может стать неизбежным»[13].
Итак, перевод сельского хозяйства страны на новую техническую базу, задача социалистической реконструкции сельского хозяйства настоятельно диктовали необходимость быстрого темпа развития индустрии.
Исходя из необходимости быстрых темпов индустриализации страны, большевистская партия и советское правительство отвергли путь индустриализации, характерный для капиталистических стран. В буржуазных странах индустриализация начинается с развития лёгкой промышленности. Лёгкая промышленность, как известно, требует меньше капиталовложений, капитал в ней обращается быстрее, а в силу этого развитие лёгкой промышленности является делом более лёгким. «Только по истечении длительного срока, в течение которого лёгкая промышленность накопляет прибыли и сосредоточивает их в банках, только после этого наступает очередь тяжёлой промышленности и начинается постепенная перекачка накоплений в тяжёлую индустрию для того, чтобы создать условия для её развёртывания. Но это — процесс длительный, требующий большого срока в несколько десятилетий, в течение которого приходится ждать развития лёгкой промышленности и прозябать без тяжёлой промышленности. Понятно, что коммунистическая партия не могла стать на этот путь»[14].
Партия избрала другой путь, путь непосредственного и всемерного развития тяжёлой промышленности. Этот путь был, несомненно, более трудным, чем путь, изведанный капиталистическими странами. Более того, он был невозможен для капиталистических стран, развивающихся стихийно, на основе частной собственности. Особенности и преимущества советской системы хозяйства позволили коммунистической партии и советскому народу пойти этим, новым путём, открытым товарищем Сталиным, и в короткий срок превратить страну из отсталой в передовую, из аграрной в индустриальную. Для этого скачка от отсталости к прогрессу социалистической стране понадобилось всего около тринадцати лет. В этом — несомненная заслуга советского социалистического метода индустриализации страны, коренным образом отличающегося от капиталистического метода индустриализации.
Социалистическая индустриализация страны развёртывалась в условиях напряжённой классовой борьбы. Гибнувшие эксплуататорские классы ожесточённо противодействовали проведению политики социалистической индустриализации. Опираясь на поддержку иностранных империалистов, буржуазные специалисты организовали вредительство в ряде отраслей промышленности. Это вредительство было вскрыто органами Советского государства («шахтинское дело», дело так называемой «промпартии», дело меньшевиков-вредителей и др.). Враги народа — троцкисты, бухаринцы, буржуазные националисты — то стремились поссорить рабочий класс с крестьянством, чтобы сорвать дело социалистического строительства, то старались всяческими средствами повернуть партию и Советское государство на «обычный» капиталистический путь развития, то, наконец, предпринимали вредительские и диверсионные акты, чтобы сорвать дело социалистической индустриализации, повернуть страну вспять, к капитализму и превратить её в придаток мирового империалистического хозяйства. Всем проискам классовых врагов коммунистическая партия и Советское государство дали беспощадный отпор.
На борьбу за осуществление социалистической индустриализации страны партия и Советская власть подняли миллионные массы трудящихся, кровно заинтересованных в победе политики партии, в построении социализма. Для рабочего класса победа индустриализации страны означала ликвидацию безработицы и повышение материально-культурного уровня. Для крестьянства социалистическая индустриализация страны давала тракторы и другие современные машины, предметы широкого потребления и культурного обихода. Для всего народа индустриализация страны обеспечивала материальную основу социализма и упрочение оборонной мощи государства.
Вот почему развитие социалистической промышленности сопровождалось развёртыванием творческой инициативы и могучего трудового подъёма народных масс, прежде всего миллионных масс рабочего класса. Превращение труда из подневольного и каторжного, каким он был при капитализме, в дело чести, славы, доблести и геройства привело к широкому развороту социалистического соревнования. На обращение XVI Всесоюзной партконференции о развёртывании социалистического соревнования рабочий класс ответил горячим трудовым энтузиазмом. На многих предприятиях были выдвинуты встречные планы и снизу был выдвинут лозунг «Пятилетка в четыре года», ставший руководящим принципом работы каждого работника.
Одним из показателей роста творческой инициативы рабочего класса и всех трудящихся масс явилось развёртывание критики и самокритики и усиление борьбы с бюрократизмом, сковывающим творческие силы и трудовую активность масс. «...Лишь на основе величайшего роста активности и организованности трудящихся масс вообще и рабочего класса в особенности, на основе всемерного вовлечения миллионных масс рабочего класса в социалистическое строительство и в управление хозяйством, на основе всемерного развёртывания социалистического соревнования и мощного развития самокритики миллионных масс снизу против бюрократических извращений госаппарата»[15] стала возможной победа социалистической индустриализации страны, победа социализма.
В процессе строительства мощной промышленности происходили серьёзные изменения в рабочем классе: росла его численность, повышались материальный уровень жизни и культурность рабочих, повышался политический уровень масс, уровень их коммунистической сознательности, росла техническая грамотность рабочих. На этой основе большевистской партией и советским правительством решалась проблема кадров.
Насытив промышленность новой техникой, Советское социалистическое государство организовало производственно-техническое обучение рабочих, обучение их производственно-техническим навыкам. Без этого нельзя было пустить новую технику в ход. Первое время в промышленности были серьёзные трудности, связанные с недостатком квалифицированных рабочих и нехваткой инженерно-технических кадров. Особенно остро сказались эти трудности при пуске Сталинградского тракторного завода и некоторых других новостроек, оснащённых самой передовой техникой. Но эти трудности коммунистическая партия и рабочий класс быстро преодолели. Опираясь на политический подъём и творческую инициативу рабочего класса, Советская власть организовала обучение новых отрядов рабочего класса. Рабочие успешно овладевали новыми профессиями, и гиганты социалистической промышленности стали работать уверенно и ритмично.
Сложнее обстояло дело с подготовкой кадров специалистов — инженеров и техников. Старые инженерно-технические кадры были немногочисленны; они были заражены вредительством; они не знали новой техники. Нужно было пресечь вредительство, доучить старые кадры, а главное — создать новую инженерно-техническую интеллигенцию. Решить эту задачу в полном объёме удалось только в условиях второй фазы в развитии социалистического государства. Но уже в 1928–1929 гг. коммунистическая партия и советское правительство принимают ряд очень важных мер по расширению сети специализированных средних и высших учебных заведений, а сами эти учебные заведения были переданы в соответствующие отраслевые хозяйственные наркоматы, особенно заинтересованные в подготовке специалистов нужного им профиля.
В результате усилий коммунистической партии, советского правительства и всего советского народа были достигнуты серьёзные успехи в развитии тяжёлой промышленности, в подготовке кадров и улучшении работы предприятий. Эти успехи обеспечили вытеснение капиталистических элементов из промышленности и подготовили материальную базу для социалистической реконструкции сельского хозяйства.
***
Ленин и Сталин ещё в начале социалистической революции указывали на необходимость коллективизации крестьянских хозяйств. При этом Ленин и Сталин, большевистская партия учитывали, что перевод раздроблённого единоличного крестьянского хозяйства на социалистический путь развития представляет собой самую сложную, самую трудную задачу социалистической революции. Здесь спешкой и администрированием можно было только испортить дело. Нужна была длительная, упорная, кропотливая разъяснительная и организационная работа с крестьянством, необходима целая система подготовительных мероприятий, для того чтобы решить эту задачу.
Создавая кооперативный план перевода крестьянских хозяйств на социалистический путь развития, Ленин указывал на многообразие форм кооперативных объединений и на постепенность перехода от простейших форм кооперирования (потребительская кооперация, снабженческо-сбытовая и другие формы меновой кооперации) к сложным производственным формам кооперирования. В первый период нэп, когда преобладающими формами хозяйственной смычки рабочего класса с крестьянством были меновые формы, Ленин особое внимание уделял потребительской кооперации. Но Ленин указывал, что в будущем, когда встанет вопрос о производственных формах смычки, неизбежно на первый план выдвинется вопрос о производственной кооперации.
«Лишь в том случае, — писал Ленин, — если удастся на деле показать крестьянам преимущества общественной, коллективной, товарищеской, артельной обработки земли, лишь, если удастся помочь крестьянину, при помощи товарищеского, артельного хозяйства, тогда только рабочий класс, держащий в своих руках государственную власть, действительно докажет крестьянину свою правоту, действительно привлечёт на свою сторону прочно и настоящим образом многомиллионную крестьянскую массу»[16].
Ленинский кооперативный план органически был связан с установкой Ленина и Сталина на социалистическую индустриализацию страны.
Величайшая заслуга товарища Сталина в этом деле состоит в том, что он защитил ленинский кооперативный план от посягательств врагов народа, отрицавших кооперативный план или стремившихся извратить его сущность, жульнически противопоставлявших ленинский кооперативный план колхозному строительству. Товарищ Сталин конкретизировал и развил ленинский кооперативный план, разработал и претворил в жизнь теорию коллективизации крестьянских хозяйств.
Теория коллективизации крестьянского хозяйства, созданная товарищем Сталиным, исходит из ленинского указания о том, что производственная кооперация является высшей формой кооперации, что подлинная реконструкция сельского хозяйства развернётся лишь тогда, когда кооперирование охватит крестьянское производство. Создав теорию коллективизации крестьянских хозяйств, товарищ Сталин: а) открыл колхозную форму социалистического хозяйства в деревне; б) раскрыл неразрывную связь между социалистической индустриализацией страны и коллективизацией сельского хозяйства; в) определил основное звено в колхозном строительстве — артель, сочетающую личные интересы колхозников с их общественными интересами; г) обосновал переход от политики ограничения и вытеснения кулачества к политике ликвидации кулачества как класса на основе сплошной коллективизации; д) обосновал значение МТС в социалистической реконструкции сельского хозяйства и раскрыл их роль в развитии деревни по пути к коммунизму; е) создал Примерный устав сельскохозяйственной артели, ставший законом жизни колхозной деревни.
Руководствуясь сталинской теорией колхозного строительства, коммунистическая партия и советское правительство осуществили социалистическую реконструкцию сельского хозяйства.
Подготовка крестьянских масс к колхозам проводилась коммунистической партией и Советской властью длительно и упорно. Эта подготовка выразилась: 1) в развитии социалистической промышленности, начавшей массовое производство тракторов, комбайнов и других сложных сельскохозяйственных машин; 2) во всемерном развитии всех форм меновой кооперации и особенно развитии сельскохозяйственной кооперации, постепенно приучавшей крестьян к коллективному хозяйству; 3) в использовании хорошего опыта совхозов и первых колхозов для раскрытия и показа преимуществ крупного социалистического земледелия; 4) в решительной борьбе с кулачеством во время хлебозаготовительных кампаний в 1928 и 1929 гг. и упрочении союза рабочего класса с крестьянством, ещё более окрепшего на основе их совместной борьбы с кулачеством; 5) в полном разгроме право-оппортунистических реставраторов капитализма и других агентов кулачества.
Все эти мероприятия подготовили поворот крестьянства к социализму, способствовали вступлению крестьян в колхозы целыми сёлами и районами. Переход к сплошной коллективизации проходил в порядке массовой борьбы против кулаков, земли которых, скот и машины переходили в руки колхозов. Кулацкое сельскохозяйственное производство заменялось более крупным и производительным социалистическим производством колхозов.
Советская страна уже в 1930 г. располагала таким количеством колхозов и совхозов, которые давали стране товарного хлеба больше, чем давали кулаки в 1927 г. Это означало, что в СССР была создана достаточная материальная база, дающая возможность заменить кулацкое производство производством колхозов и перейти от политики ограничения и вытеснения кулачества к ликвидации кулачества как класса на основе сплошной коллективизации.
«В конце 1929 года, в связи с ростом колхозов и совхозов, Советская власть сделала крутой поворот от такой политики. Она перешла к политике ликвидации, к политике уничтожения кулачества, как класса. Она отменила законы об аренде земли и найме труда, лишив, таким образом, кулачество и земли и наёмных работников. Она сняла запрет с раскулачивания. Она разрешила крестьянам конфисковать у кулачества скот, машины и другой инвентарь в пользу колхозов. Кулачество было экспроприировано. Оно было экспроприировано так же, как в 1918 году были экспроприированы капиталисты в области промышленности, с той, однако, разницей, что средства производства кулачества перешли на этот раз не в руки государства, а в руки объединённых крестьян, в руки колхозов.
Это был глубочайший революционный переворот, скачок из старого качественного состояния общества в новое качественное состояние, равнозначный по своим последствиям революционному перевороту в октябре 1917 года.
Своеобразие этой революции состояло в том, что она была произведена сверху, по инициативе государственной власти, при прямой поддержке снизу со стороны миллионных масс крестьян, боровшихся против кулацкой кабалы, за свободную колхозную жизнь.
Она, эта революция, одним ударом разрешила три коренных вопроса социалистического строительства:
а) она ликвидировала самый многочисленный эксплуататорский класс в нашей стране, класс кулаков, оплот реставрации капитализма;
б) она перевела с пути единоличного хозяйства, рождающего капитализм, на путь общественного, колхозного, социалистического хозяйства самый многочисленный трудящийся класс в нашей стране, класс крестьян;
в) она дала Советской власти социалистическую базу в самой обширной и жизненно необходимой, но и в самой отсталой области народного хозяйства — в сельском хозяйстве»[17].
Характерной чертой этого революционного преобразования сельского хозяйства является то, что оно произошло по инициативе государственной власти. Преобразуя индивидуально-крестьянский строй в строй колхозный, социалистический, рабочие и крестьяне опирались на социалистическое государство. Если в Октябрьской социалистической революции народные массы снизу боролись против существовавшей тогда буржуазной государственной власти и свергли её, то в период коллективизации инициатива революционных преобразований исходила от Советской, подлинно народной, власти. Советское государство подготовило массы к осуществлению этих преобразований и создало для этого необходимые материальные предпосылки. В результате объединения усилий Советского социалистического государства, действующего сверху, и крестьянских масс, действующих снизу, поднявшихся на борьбу с кулачеством за свободную колхозную жизнь, осуществился постепенный переход от индивидуальных крестьянских хозяйств к социалистическому хозяйству. Развитие этого процесса сопровождалось расширением социалистической базы Советской власти, ликвидацией её злейших врагов — кулаков, следовательно, представляло собой процесс усиления существующей революционной власти. Оценивая своеобразие этого качественного преобразования в условиях Советской власти, товарищ Сталин писал:
«В течение 8–10 лет мы осуществили в сельском хозяйстве нашей страны переход от буржуазного индивидуально-крестьянского строя к социалистическому, колхозному строю. Это была революция, ликвидировавшая старый буржуазный хозяйственный строй в деревне и создавшая новый, социалистический строй. Однако этот переворот совершился не путём взрыва, т. е. не путём свержения существующей власти и создания новой власти, а путём постепенного перехода от старого буржуазного строя в деревне к новому. А удалось это проделать потому, что это была революция сверху, что переворот был совершён по инициативе существующей власти при поддержке основных масс крестьянства»[18].
Социалистическая индустриализация страны укрепляла социалистический сектор в промышленности, обеспечивала вытеснение и ликвидацию капиталистических элементов в индустрии. Но до коллективизации крестьянских хозяйств наступление против капиталистических элементов, имевшее целью их ликвидацию, развёртывалось главным образом по линии города, по линии промышленности. Оно носило однобокий характер. Коллективизация крестьянских хозяйств означала создание мощной социалистической базы в сельском хозяйстве. С переходом к сплошной коллективизации и ликвидации кулачества как класса «наступление против капиталистических элементов приняло всеобщий характер, однобокое наступление перешло в наступление по всему фронту. К моменту созыва XVI съезда партии всеобщее наступление на капиталистические элементы развёртывалось уже по всей линии»[19].
Развёртывая коллективизацию крестьянских хозяйств, большевистская партия и советское правительство ориентировали всех работников на строгий учёт конкретных условий в разных районах страны, а также на строгое соблюдение принципа добровольности в колхозном строительстве. В историческом постановлении ЦК ВКП(б) от 5 января 1930 г. была закреплена политика ликвидации кулачества как класса, обоснованная товарищем Сталиным в его речи «К вопросам аграрной политики в СССР». Для различных районов страны с учётом разнообразия условий были установлены различные темпы коллективизации крестьянских хозяйств. В постановлении указывалось, что главной формой колхозного движения на современном этапе является сельскохозяйственная артель, в которой обобществляются основные средства производства. В постановлении ЦК ВКП(б) предусматривались широкие меры помощи колхозам путём расширения производства сельскохозяйственных машин, увеличения кредита, проведения землеустройства за счёт государства и т. д. Это постановление сыграло важную роль в дальнейшем развёртывании коллективизации.
Коллективизация крестьянских хозяйств проводилась в условиях ожесточённой классовой борьбы. Против колхозов поднялось кулачество. Активизировали борьбу против большевистской партии и Советской власти агенты кулачества — правые реставраторы капитализма, троцкисты, буржуазные националисты. Враги партии и народа использовали для борьбы с колхозами недочёты в практике партийной работы и искривления партийной политики по колхозному строительству леваками. Особую опасность представляли левацкие искривления, выражавшиеся в нарушении ленинско-сталинского принципа добровольности в колхозном строительстве, в головотяпском перескакивании через артель к коммуне, в обобществлении жилых построек, нетоварного молочного и мелкого скота и т. д. Эти левацкие установки были сплошь и рядом прямым выражением провокационных действий классового врага, рассчитывавшего таким образом озлобить крестьянство и подбить его на антисоветские выступления.
В исторических статьях товарища Сталина «Головокружение от успехов» и «Ответ товарищам колхозникам» и в постановлении ЦК ВКП(б) «О борьбе с искривлениями партийной линии в колхозном движении» были раскрыты вред и опасность подобного рода искривлений линии партии, делалось серьёзное предупреждение всем, кто, увлекаясь успехами коллективизации, отступал от линии партии и тем самым оказывал прямую помощь классовому врагу. Товарищ Сталин показал, что корень ошибок в крестьянском вопросе и главные ошибки в колхозном движении состояли в неправильном подходе к середняку, в нарушении ленинского принципа добровольности при построении колхозов, в нарушении ленинского принципа учёта разнообразия условий в различных районах СССР, в перескакивании через артель к коммуне.
По указаниям и под руководством товарища Сталина партия повела решительную борьбу с искривлениями партийной линии, не останавливаясь перед смещением с постов работников, не умеющих последовательно проводить большевистскую политику. Статьи товарища Сталина имели величайшее политическое значение. Они помогли партийным организациям исправить ошибки и нанести сильнейший удар всем врагам социализма, рассчитывавшим использовать перегибы для восстановления крестьян против Советской власти. Ликвидировав искривления партийной линии в строительстве колхозов, большевистская партия закрепила успехи колхозного строительства, что послужило основой для нового мощного роста колхозного движения.
Без организующей роли социалистического государства и социалистического города нельзя было подготовить условия для колхозного строительства. Без их организующей роли и систематической помощи нельзя было развернуть колхозное движение и закрепить его успехи.
Переход к коллективному хозяйству не уменьшает, а увеличивает заботы и руководящую и организующую роль коммунистической партии и социалистического государства. Пока в деревне преобладал единоличный хозяин, партия, говорит товарищ Сталин, могла ограничивать своё вмешательство в развитие сельского хозяйства «отдельными актами помощи, совета или предупреждения». В колхозах центр тяжести ответственности за развитие сельского хозяйства переместился от отдельных крестьян к правлению колхоза. Коммунистическая партия и Советская власть, убедившие колхозников в преимуществах колхозного строя и взявшие на себя ответственность за его судьбу, уже не могут ограничиваться отдельными актами помощи и совета, они должны повседневно руководить сельским хозяйством. Они берут руководство в свои руки, берут на себя ответственность за работу, должны помогать колхозникам вести своё хозяйство на основе данных науки и техники. «А из этого следует то, что колхозный строй не уменьшает, а увеличивает заботы и ответственность партии и правительства в отношении развития сельского хозяйства»[20].
Вот почему величайшую опасность представляли вредительские «теории» «отмирания Советов» в районах сплошной коллективизации. Эти вражеские теории рассчитаны были на то, чтобы ослабить Советскую власть, подорвать её основу — Советы, предоставить колхозы самим себе, дать возможность остаткам разгромленного кулачества оправиться и повести борьбу с колхозами изнутри, сорвать дело коллективизации и повернуть развитие страны вспять, к капитализму.
Партия, товарищ Сталин дали беспощадный отпор вражеской «теории» «отмирания Советов», разоблачили её вредительский характер. Товарищ Сталин нацелил партию и народ на дальнейшее укрепление Советского государства, что явилось условием построения социализма в СССР.
Помощь колхозам и забота партии и советского правительства об их укреплении шли по следующим основным направлениям: а) по линии политической помощи колхозам путём посылки передовых рабочих для работы в колхозах, путём создания политотделов при МТС на определённых этапах развития колхозов, путём укрепления партийными работниками местных партийных организаций; б) по линии помощи колхозам машинами, племенным скотом, высококачественными семенами, кредитом; в) по линии организационно-хозяйственного укрепления колхозов путём налаживания учёта, повышения трудовой дисциплины, правильной организации труда, ликвидации обезлички и уравниловки, распределения дохода по трудодням и т. д.; г) по линии подготовки и выращивания колхозных кадров, подготовки специалистов сельского хозяйства, интеллигенции для села и т. д.
Товарищ Сталин, большевистская партия подчёркивают, что колхоз есть социалистическая форма хозяйства. Форма имеет огромное значение, но она не решает дела. Всё дело в том, какое содержание будет влито в эту форму — большевистское или не большевистское. Содержание в работе колхозов определяется тем, кто руководит колхозами, какую политику проводят руководители, как эта политика реализуется в колхозе. Стало быть, дело не только в самих колхозах как социалистической форме организации, но прежде всего в том, «какое содержание вливается в эту форму, — дело прежде всего в том, кто стоит во главе колхозов и кто руководит ими»[21].
Руководствуясь этими указаниями товарища Сталина, партия большевиков политически укрепила колхозы и на этой основе обеспечила организационно-хозяйственное укрепление колхозов, их дальнейший количественный и качественный рост.
Сплошная коллективизация и ликвидация кулачества как класса знаменовали собой победу всемирно-исторического значения. Победа колхозного строя означала, что не только был ликвидирован последний эксплуататорский класс, класс кулаков, но были уничтожены причины, порождающие эксплуататорские классы и эксплуатацию человека человеком.




[1] И. В. Сталин, Соч., т. 11, стр. 146.
[2] «История ВКП(б). Краткий курс», стр. 238.
[3] В. И. Ленин, Соч., т. 32, изд. 4, стр. 319–320.
[4] И. В. Сталин, Соч., т. 7, стр. 364.
[5] «История ВКП(б). Краткий курс», стр. 261.
[6] «История ВКП(б). Краткий курс», стр. 262.
[7] И. В. Сталин, Соч., т. 8, стр. 120.
[8] И. В. Сталин, Соч., т. 7, стр. 299–300.
[9] И. В. Сталин, Соч., т. 8, стр. 123–124.
[10] И. В. Сталин, Соч., т. 13, стр. 172.
[11] В. И. Ленин, Соч., т. 25, изд. 4, стр. 338.
[12] И. В. Сталин, Соч., т. 13, стр. 38.
[13] И. В. Сталин, Соч., т. 11, стр. 253.
[14] И. В. Сталин, Речи на предвыборных собраниях избирателей Сталинского избирательного округа г. Москвы 11 декабря 1937 г. и 9 февраля 1946 г., стр. 19.
[15] «ВКП(б) в резолюциях и решениях», т. II, стр. 328.
[16] В. И. Ленин, Соч., т. 30, изд. 4, стр. 173–174.
[17] «История ВКП(б). Краткий курс», стр. 291–292.
[18] И. В. Сталин, Марксизм и вопросы языкознания, стр. 29.
[19] «История ВКП(б). Краткий курс», стр. 296.
[20] И. В. Сталин, Соч., т. 13, стр. 224.
[21] И. В. Сталин, Соч., т. 13, стр. 228.

Вернуться к оглавлению.

Комментариев нет: