понедельник, 7 ноября 2016 г.

2. Строительство Советского многонационального государства.

Советское социалистическое государство явилось основным орудием, посредством которого большевистская партия и рабочий класс разрешили национальный вопрос в СССР. Советское государство провозгласило и последовательно проводит в жизнь принцип права наций на самоопределение вплоть до государственного отделения, принцип правового равенства всех национальностей. Советское социалистическое государство, руководствуясь ленинско-сталинской национальной политикой, подготовило и осуществило ликвидацию фактического неравенства национальностей, организовало их сотрудничество на базе совместной борьбы за коммунизм, воспитывало и воспитывает народы СССР в духе взаимного уважения и дружбы.
Для того чтобы проводить ленинско-сталинскую национальную политику и осуществить эти задачи, государство должно было стать врагом всех форм гнёта, т. е. являться государством социалистическим. Для этого оно должно было воплотиться в такую политическую форму, которая полностью соответствует интернационалистической природе социалистического государства и наилучшим образом разрешает проблему ликвидации национального гнёта и организации сотрудничества наций на началах равенства и добровольности в рамках единого централизованного демократического государства.
Именно таким государством и явилось Советское социалистическое государство.
Важнейшей особенностью Советского социалистического государства является его многонациональный характер. Советское государство — не единственное многонациональное государство. В истории было немало многонациональных государств. До 1918 г. существовала Австро-Венгерская империя, в результате первой мировой войны и Великой Октябрьской социалистической революции развалившаяся на свои составные части. Многонациональной была Оттоманская Турция. В настоящее время существуют многонациональные буржуазные государства, начиная от колониальных империй США, Англии, Франции, Бельгии, Голландии и др. и кончая фашистско-гестаповским государством Тито в Югославии. Все буржуазные многонациональные государства страдают внутренней неустойчивостью в силу неизбежных противоречий и вражды между господствующими и угнетёнными нациями.
Перед большевиками стояла задача создать прочное многонациональное государство, которое не разъедалось бы внутренними противоречиями между нациями, а покоилось бы на доверии и дружбе народов. Это был новый, неизведанный путь, не имевший прецедентов в прошлом. Этот путь открыли Ленин и Сталин.
Трудности, связанные с делом создания прочного многонационального государства, состояли не только в том, что приходилось идти новыми, неизведанными путями. Трудность состояла ещё и в том, что Советская власть получила тяжёлое наследство в области взаимоотношений национальностей. Политика царского правительства привела к фактическому неравенству между народами старой России и к взаимному недоверию между ними. Большевистской партии приходилось строить единое многонациональное государство, преодолевая это тяжёлое наследство.
«Советская власть не могла не видеть трудностей этого дела. Она имела перед собой неудачные опыты многонациональных государств в буржуазных странах. Она имела перед собой провалившийся опыт старой Австро-Венгрии. И всё же она пошла на опыт создания многонационального государства, ибо она знала, что многонациональное государство, возникшее на базе социализма, должно выдержать все и всякие испытания»[1].
Большевистская партия, вооружённая ленинско-сталинской теорией национального вопроса, нашла и успешно применила на базе Советской власти наиболее целесообразные формы государственного устройства, обеспечивающие решение национального вопроса и создание прочного многонационального государства. В основу государственного устройства советских республик был положен принцип федерации и автономии.
До Октябрьской социалистической революции большевики, как известно, отрицательно относились к федерации. Особенно резко высказался Ленин против федерации в письме к Шаумяну в 1913 г. «Мы, — писал Ленин, — за демократический централизм, безусловно... Мы в принципе против федерации — она ослабляет экономическую связь, она негодный тип для одного государства. Хочешь отделиться? Проваливай к дьяволу, если ты можешь порвать экономическую связь, или вернее если гнёт и трения «сожительства» таковы, что они портят и губят дело экономической связи. Не хочешь отделяться? Тогда извини, за меня не решай, не думай, что ты имеешь «право» на федерацию»[2].
Отрицательное отношение к федерации большевиков было продиктовано несколькими обстоятельствами: во-первых, опасением, что она может стать в противоречие с принципом централизма социалистического государства и тем самым затруднить дело экономического сближения трудящихся разных национальностей; во-вторых, тем, что требование федеративного устройства в сочетании с лозунгом культурно-национальной автономии использовалось всякого рода буржуазными националистами для борьбы с большевистскими требованиями права наций на самоопределение вплоть до государственного отделения и областной автономии; наконец, в-третьих, большевики не могли не считаться с исторически сложившимися формами федерации, которые в условиях капиталистического строя с точки зрения осуществления буржуазных свобод оказывались менее демократическими, чем централистские. Федеративные республики оказывались бессильными смягчить национальный гнёт, насколько это возможно в условиях капитализма, потому что они ни в коей мере не затрагивали экономических и правовых привилегий буржуазии господствующей нации и потому что нигде и никогда они в государственном строе не отражали реально существующих национальных делений. Товарищ Сталин, говоря о швейцарских кантонах и штатах Америки, отмечал, что они строятся «не по национальному признаку и даже не по экономическому, а совершенно случайно — в силу случайного захвата тех или иных территорий эмигрантами — колонистами или сельскими общинами»[3].
Вот почему федеративный принцип, формально положенный в основу объединения штатов в Северной Америке, ни в коей мере не содействует защите прав национальных меньшинств, в частности негров и индейцев.
Вообще, как показал товарищ Сталин, федерация в буржуазных странах, там, где она реально имела место, с течением времени уступает место унитарному (слитному) государству, в котором федеральный принцип превращается в пустой звук. Развитие в Соединённых Штатах Америки, как и в Канаде и Швейцарии, «шло от независимых областей через их федерацию к унитарному государству... — указывал товарищ Сталин. — Федерация есть переходная форма»[4].
В буржуазных странах федерация строилась не по национальному, а по географическому признаку и потому не решала и даже не ставила национального вопроса.
Вот почему Ленин целиком соглашался с Энгельсом в том, что в условиях капитализма централизованная демократическая республика представляет собой более высокий тип государственного устройства и даёт больше буржуазно-демократических свобод, чем федерация. Ленин писал:
«Крайне важно отметить, что Энгельс с фактами в руках, на самом точном примере, опровергает чрезвычайно распространённый — особенно среди мелкобуржуазной демократии — предрассудок, будто федеративная республика означает непременно больше свободы, чем централистическая. Это неверно. Факты, приводимые Энгельсом относительно централистической французской республики 1792–1798 гг. и федералистической швейцарской, опровергают это. Свободы больше давала действительно демократическая централистическая республика, чем федералистическая. Или иначе: наибольшая местная, областная и пр. свобода, известная в истории, дана была централистической, а не федеративной республикой»[5].
Вопрос об отношении к федеративному устройству государства был пересмотрен большевистской партией в связи с опытом социалистической революции в России. С гениальной прозорливостью намечает Ленин новый подход к федерации накануне Октябрьской социалистической революции. В знаменитой книге «Государство и революция» Ленин впервые в истории марксизма отмечает, что федерация может служить не помехой развитию, а шагом вперёд, когда имеются особые условия, условия многонациональной страны.
По преимуществу Ленин в своей книге рассматривает федеративный принцип, как он складывался в буржуазных странах, и отмечает его прогрессивность в тех случаях, когда федеративная республика оказывается шагом вперёд «от монархии к централистической республике»[6].
В то же время Ленин рассматривает и более общий вопрос — об отношении к федералистическому устройству государства вообще, в особенности с точки зрения задач, встающих перед рабочим классом в области государственного строительства в переходный от капитализма к социализму период.
«В книжке Ленина «Государство и революция» (август 1917 года) партия, в лице Ленина, — пишет товарищ Сталин, — делает первый серьёзный шаг к признанию допустимости федерации, как переходной формы «к централистической республике», сопровождая, впрочем, это признание рядом серьёзных оговорок».
Но «только после Октябрьского переворота, — отмечает товарищ Сталин, — становится партия твёрдо и определённо на точку зрения государственной федерации, выдвигая её, как свой собственный план государственного устройства советских республик на время переходного периода»[7].
Одна из величайших заслуг товарища Сталина состоит в том, что он, опираясь на принципиальное указание Ленина, всесторонне разработал вопрос о советской федерации и вместе с Лениным создал первую в мире Советскую социалистическую республику.
Разъясняя, почему большевики от отрицательного отношения к федерации перешли к признанию этого принципа руководящим при построении советского многонационального государства, товарищ Сталин объясняет это тремя причинами:
«Во-первых, тем, что ко времени Октябрьского переворота целый ряд национальностей России оказался на деле в состоянии полного отделения и полной оторванности друг от друга, ввиду чего федерация оказалась шагом вперёд от разрозненности трудящихся масс этих национальностей к их сближению, к их объединению.
Во-вторых, тем, что самые формы федерации, наметившиеся в ходе советского строительства, оказались далеко не столь противоречащими целям экономического сближения трудящихся масс национальностей России, как это могло казаться раньше, или даже — вовсе не противоречащими этим целям, как показала в дальнейшем практика.
В-третьих, тем, что удельный вес национального движения оказался гораздо более серьёзным, а путь объединения наций — гораздо более сложным, чем это могло казаться раньше, в период до войны, или в период до Октябрьской революции»[8].
Принцип советской федерации как руководящий принцип государственного устройства Советской республики впервые получил своё выражение в написанной Лениным при участии товарища Сталина «Декларации прав трудящегося и эксплуатируемого народа».
Каковы основные черты федерации советской в противоположность буржуазному федерализму капиталистических государств?
Во-первых, советский федерализм как принцип государственного устройства исходит из того, что в основу деления на области, вступающие в федеративное объединение, кладётся не географический, а национальный признак. Советская федерация учреждается для того, чтобы решить национальный вопрос, в то время как в буржуазных странах федерация не преследует такой цели.
Во-вторых, советская федерация, как показал опыт строительства социалистического государства в СССР, явилась гибкой формой государственного устройства, которая оказалась способной воплотить в себе программные требования большевистской партии по национальному вопросу — прежде всего право наций на самоопределение вплоть до государственного отделения и принцип равноправия национальностей во всех сферах политической, хозяйственной и культурной жизни общества. Товарищ Сталин учит:
«Федерация советских республик, основанная на общности военного и хозяйственного дела, является той общей формой государственного союза, которая даёт возможность:
а) обеспечить целость и хозяйственное развитие как отдельных республик, так и федерации в целом;
б) охватить всё разнообразие быта, культуры и экономического состояния различных наций и народностей, стоящих на разных ступенях развития, и сообразно с этим применять тот или иной вид федерации;
в) наладить мирное сожительство и братское сотрудничество наций и народностей, связавших так или иначе свою судьбу с судьбою федерации.
Опыт России с применением различных видов федерации, с переходом от федерации, основанной на советской автономии (Киргизия, Башкирия, Татария, Горцы, Дагестан), к федерации, основанной на договорных отношениях с независимыми советскими республиками (Украина, Азербайджан), и с допущением промежуточных ступеней между ними (Туркестан, Белоруссия), — целиком подтвердил всю целесообразность и гибкость федерации, как общей формы государственного союза советских республик»[9].
Советская федерация прошла ряд этапов своего развития. В настоящее время советская федерация воплощена в Союзе шестнадцати советских республик, каждая из которых имеет право одностороннего выхода из Союза.
В-третьих, советская федерация обеспечивает все условия для развития хозяйства и культуры каждого народа, входящего в семью советских народов, применительно к условиям его быта и к уровню экономического и культурного развития. Она обеспечивает всестороннее развитие новых, социалистических наций и расцвет национальных по форме, социалистических по содержанию культур.
В-четвёртых, советская федерация, являющаяся добровольным союзом равноправных социалистических наций, воспитанных большевистской партией в духе интернационализма, обеспечивает тесное сотрудничество народов в области хозяйственного и культурного строительства, обороны страны и укрепления социалистического государства. Тем самым федерация в советских условиях не противоречит единству экономических связей, без чего немыслим социализм.
Сложившаяся форма советской федерации не только не противоречит целям экономического сближения трудящихся различных национальностей, как показала практика Советского государства, но и служит формой, которая в условиях многонационального государства является переходной формой к высшему единству трудящихся — к слиянию наций на основе единого мирового хозяйства, к которому придёт человечество с победой коммунизма во всём мире.
В-пятых, наконец, советская федерация, как показал опыт Советского социалистического государства, не противоречит строжайшему централизму, без которого немыслимо социалистическое государство. Централизм Советского государства выражается в том, что Конституция СССР является единой для всех союзных республик, и её положения не могут быть отменены или нарушены Конституциями союзных республик; органы Союза ССР стоят над органами власти союзных республик. В то же время в полном соответствии с принципами социалистического демократизма советская федерация обеспечивает всю полноту прав союзным и автономным республикам, автономным национальным областям и округам в решении всех вопросов, связанных с национальными особенностями этих республик, областей и округов. Тем самым советская федерация последовательно осуществляет принцип демократического централизма.
Таковы важнейшие особенности и преимущества советского социалистического федерализма.
***
Сталинский принцип федерализма неразрывно связан с принципом областной или территориальной автономии. Ещё в знаменитом труде товарища Сталина «Марксизм и национальный вопрос» (1913) было показано, что не культурно-национальная автономия, а автономия областная даёт верное решение вопроса для наций, пожелавших остаться в рамках единого государства.
«Преимущество областной автономии, — говорил товарищ Сталин, — состоит, прежде всего, в том, что при ней приходится иметь дело не с фикцией без территории, а с определённым населением, живущим на определённой территории. Затем, она не межует людей по нациям, она не укрепляет национальных перегородок, — наоборот, она ломает эти перегородки и объединяет население для того, чтобы открыть дорогу для межевания другого рода, межевания по классам. Наконец, она даёт возможность наилучшим образом использовать природные богатства области и развить производительные силы, не дожидаясь решений общего центра, — функции, не присущие культурно-национальной автономии.
Итак, областная автономия, как необходимый пункт в решении национального вопроса»[10].
В докладе товарища Сталина на Апрельской конференции большевистской партии в 1917 г., а особенно в его трудах послеоктябрьского периода, вопрос об областной автономии получил дальнейшее развитие. В труде «Политика советской власти по национальному вопросу в России» (1920) товарищ Сталин обстоятельно разъясняет, что только областная автономия окраин, отличающихся особым бытом и национальным составом, является единственно целесообразной формой союза между центром и окраинами. Автономия, учит товарищ Сталин, должна связывать республики и области узами федеративной связи.
«Советская автономия, — писал товарищ Сталин, — не есть нечто застывшее и раз навсегда данное, она допускает самые разнообразные формы и степени своего развития»[11].
В первые годы существования Советской власти автономия выступала в виде узкой административной автономии (чуваши, карелы), широкой политической автономии (башкиры, татары Поволжья, киргизы), ещё более расширенной политической автономии (Украина), наконец, в виде договорных отношений (Азербайджан). «Эта эластичность советской автономии, — заявлял товарищ Сталин, — составляет одно из первых её достоинств, ибо она (эластичность) позволяет охватить всё разнообразие окраин России, стоящих на самых различных ступенях культурного и экономического развития»[12].
Развитие хозяйства и культуры народов СССР на базе социализма, оформление и развитие социалистических наций привели к дальнейшему видоизменению формы советской автономии. Во-первых, оказались пройдённой ступенью договорные отношения между независимыми республиками, — они уступили место Союзу Советских Социалистических Республик, созданному на основе их объединения по федеративному принципу. Во-вторых, все советские народы в процессе своего экономического и культурного развития стали полнее использовать предоставляемые им права и получили дальнейшее расширение своих прав (преобразование Узбекистана, Таджикистана, Туркменистана, Киргизии, Казахстана и некоторых других автономных республик в союзные республики с предоставлением им права на государственное отделение; преобразование Чувашии, Марийской автономной области и др. в автономные республики; расширение прав союзных республик в связи с преобразованием некоторых союзных наркоматов в союзно-республиканские и т. д.).
В настоящее время советская автономия выступает в трёх формах, соответственно трём типам советских национальных государственных образований: союзная республика, автономная республика и, наконец, автономная национальная область и округ.
Наиболее широкой автономией во всех сферах жизни общества пользуются союзные советские республики, которые не только обладают правом на отделение, не только пользуются полнотой прав в области развития государственности, хозяйства и культуры применительно к бытовым и национальным особенностям республики, но и вместе с общесоюзными органами решают все вопросы, подведомственные союзно-республиканским министерствам.
Автономные республики не обладают правом на государственное отделение. Их автономия обеспечивает им развитие государственности, хозяйства и культуры применительно к национальности и бытовым особенностям их народов.
В докладе о проекте Конституции СССР товарищ Сталин обстоятельно рассмотрел вопрос о признаках, наличие которых в настоящий исторический момент необходимо для перевода автономных республик в союзные. Таких признаков, как известно, три:
«Во-первых, необходимо, чтобы республика была окраинной, не окружённой со всех сторон территорией СССР. Почему? Потому что если за Союзной республикой сохраняется право выхода из Союза ССР, то необходимо, чтобы эта республика, ставшая Союзной, имела возможность логически и фактически поставить вопрос об её выходе из СССР...
Конечно, у нас нет республик, которые фактически ставили бы вопрос о выходе из СССР. Но раз остаётся за Союзной республикой право выхода из СССР, то надо обставить дело так, чтобы это право не превращалось в пустую и бессмысленную бумажку...
Во-вторых, необходимо, чтобы национальность, давшая советской республике своё имя, представляла в республике более или менее компактное большинство...
В-третьих, необходимо, чтобы республика была не очень маленькой в смысле количества её населения, чтобы она имела населения, скажем, не меньше, а больше хотя бы миллиона»[13].
Помимо союзных и автономных республик в СССР есть автономные области и округа, пользующиеся правами широкой административной автономии при решении всех вопросов, связанных с особенностями быта и культуры населения этих районов.
Таковы конкретные формы советской автономии, утвердившиеся в настоящее время.
Советская автономия сыграла величайшую роль в разрешении национального вопроса в СССР. Предоставляя широкие права национальным окраинам, она явилась формой связи национальных окраин с центром и составляет неотъемлемую часть принципа советской федерации.
«Советская автономия, — учит товарищ Сталин, — есть самая реальная, самая конкретная форма объединения окраин с центральной Россией. Никто не станет отрицать, что Украина, Азербайджан, Туркестан, Киргизия, Башкирия, Татария и другие окраины, поскольку они стремятся к культурному и материальному процветанию народных масс, не могут обойтись без родной школы, без суда, администрации, органов власти, составленных преимущественно из местных людей. Более того, действительная советизация этих областей, превращение их в советские страны, тесно связанные с центральной Россией в одно государственное целое, немыслимы без широкой организации местной школы, без создания суда, администрации, органов власти и пр. из людей, знающих быт и язык населения. Но поставить школу, суд, администрацию, органы власти на родном языке — это именно и значит осуществить на деле советскую автономию, ибо советская автономия есть не что иное, как сумма всех этих институтов, облечённых в украинскую, туркестанскую, киргизскую и т. д. формы»[14].
Осуществление Советским государством автономии в разнообразных формах содействовало приобщению народных масс всех наций к социалистической материальной и духовной культуре в формах, соответствующих быту и национальному облику масс, и упрочило союз и дружбу народов Советского Союза.
Рассматривая вопрос о советской автономии, особенно следует остановиться на создании советской государственности в союзных и автономных республиках в форме, соответствовавшей национальному облику этих народов. Товарищ Сталин ещё в 1920 г. поставил задачу, «чтобы все советские органы на окраинах, суд, администрация, органы хозяйства, органы непосредственной власти (а также и органы партии) составлялись по возможности из местных людей, знающих быт, нравы, обычаи, язык местного населения, чтобы в эти институты привлекались все лучшие люди из местных народных масс, чтобы местные трудовые массы втягивались во все области управления страной, включая сюда и область военных формирований, чтобы массы видели, что Советская власть и её органы есть дело их собственных усилий, олицетворение их чаяний. Только таким путём можно установить нерушимую духовную связь между массами и властью, только таким путём можно сделать Советскую власть понятной и близкой для трудящихся масс окраин»[15].
Для того чтобы приблизить советские государственные органы к массам, сделать их национальными и насадить национально-советскую государственность, близкую и понятную трудящимся массам, — необходимо было провести в жизнь следующие мероприятия.
Во-первых, надо было осуществить территориальное размежевание по национальному признаку. Царское правительство намеренно так проводило административное деление, чтобы искусственно расчленить национальности между несколькими административными единицами, разорвать на куски единую национальную территорию в целях угнетения и эксплуатации национальных меньшинств.
Национальное размежевание, проведённое Советской властью в Средней Азии и других национальных окраинах, обеспечило воссоединение разорванных кусков страны в единое государство. Характеризуя размежевание, проведённое в Средней Азии, товарищ Сталин говорил: «Размежевание Туркестана есть, прежде всего, воссоединение разорванных частей этих стран в независимые государства. Если эти государства пожелали потом вступить в Советский Союз в качестве равноправных его членов, то это говорит лишь о том, что большевики нашли ключ к глубочайшим стремлениям народных масс Востока»[16].
Подобное же размежевание, означавшее воссоединение народов в единых республиках, было осуществлено в Казахстане, на Украине и в других национальных районах.
Рост силы и могущества Советского социалистического государства позволил несколько позднее украинскому, белорусскому и молдавскому народам воссоединиться в единое государство с украинцами, белорусами, молдаванами, долгое время входившими в состав других государств. Территориальное размежевание и воссоединение национальностей являются непременным условием для создания государственности национальных республик.
Вторым условием для приближения Советов и всего государственного аппарата к народным массам является систематическая и неуклонная работа по подготовке и выдвижению кадров каждой национальности и обязательное изучение местных языков всеми работниками партийного и государственного аппарата. На Четвёртом совещании ЦК РКП(б) с ответственными работниками национальных республик и областей, созванном в июне 1923 г., товарищ Сталин с особой силой подчеркнул, что важнейшая задача работы в национальных республиках состоит в том, чтобы постепенно провести национализацию правительственных и государственных учреждений во всех национальных республиках и областях в смысле ввода в делопроизводство местных языков и обязанности ответственных работников изучать местные языки. При этом товарищ Сталин разъяснил, что нельзя смешивать национализацию партийного и государственного аппарата с национализацией рабочего класса. Когда Шумский и другие украинские националисты, прикрываясь словами об украинизации государственного аппарата, стали сверху украинизировать рабочий класс во многих городах с населением по преимуществу русским, товарищ Сталин в известном письме к т. Кагановичу и другим членам ЦК КП(б)У разоблачил подобные установки как буржуазно-националистические. Товарищ Сталин писал, что нельзя смешивать украинизацию партийного и советского аппарата с украинизацией пролетариата.
«Можно и нужно, — говорил он, — украинизировать, соблюдая при этом известный темп, наши партийный, государственный и иные аппараты, обслуживающие население. Но нельзя украинизировать сверху пролетариат. Нельзя заставить русские рабочие массы отказаться от русского языка и русской культуры и признать своей культурой и своим языком украинский. Это противоречит принципу свободного развития национальностей. Это была бы не национальная свобода, а своеобразная форма национального гнёта»[17].
В первые годы существования Советской власти вопрос о подготовке национальных кадров приобрёл особую остроту, так как многие республики почти не располагали такими кадрами. На первых порах приходилось широко использовать ту часть местной, как правило, буржуазной интеллигенции, которая более или менее лояльно относилась к Советской власти, сотрудничала с ней и соглашалась честно работать в её органах. Однако главное состояло в выдвижении и подготовке национальных кадров из пролетарских и полупролетарских элементов, беззаветно преданных делу коммунизма. Это была сложная и трудная задача. Для её осуществления потребовались годы. Но и эта задача была полностью разрешена. Сейчас во всех союзных и автономных советских республиках имеется своя собственная национальная рабоче-крестьянская социалистическая интеллигенция. Например, в республиках Средней Азии в начале революции почти не было кадров интеллигенции из коренных национальностей, а сейчас они исчисляются сотнями тысяч.
Величайшим успехом ленинско-сталинской национальной политики следует признать подготовку и воспитание многочисленных кадров партийных и государственных работников из среды самих трудящихся во всех союзных и автономных республиках. Это позволило действительно национализировать партийный и государственный аппарат и приблизить его к массам.
Третьим условием, без которого нельзя было по-настоящему приблизить аппарат государственной власти к массам, является повышение культурного уровня трудящихся различных национальностей, развитие национальной по форме, социалистической по содержанию культуры.
В наши дни, когда в СССР построен социализм и во всех республиках не только ликвидирована неграмотность, но осуществлено всеобщее семилетнее образование, трудно сказать, какая из национальных республик является наиболее передовой в смысле национализации партийного и государственного аппарата, в смысле близости его к массам.
***
Характеризуя принципы советской федерации и автономии и их воплощение в государственном строе СССР, нельзя упускать из вида такую структурную особенность Советского государства, как двухпалатная система. Известно, что в буржуазных странах вторая палата образуется обычно менее демократическим или совсем недемократическим (даже с точки зрения формальной буржуазной демократии) путём, служит целям дальнейшего ущемления прав населения.
Принципиально иную роль играет вторая палата — Совет Национальностей — в СССР. Товарищ Сталин был инициатором создания этой второй палаты, когда разрабатывалась первая Конституция СССР. В докладе XII съезду партии товарищ Сталин показал, что наличие двух палат в Союзном ЦИК, из которых одна выбиралась бы на союзном съезде, независимо от национальностей, а вторая выбиралась бы республиками и областями и утверждалась тем же съездом, позволило бы отразить в верховных учреждениях страны не только классовые интересы всех трудящихся, но и интересы специфически национальные.
Опыт союзного государства за период с 1924 по 1936 г. целиком оправдал существование второй палаты, отражающей специфические интересы различных национальностей. Новая, ныне действующая Сталинская Конституция целиком восприняла этот опыт. И. В. Сталин, возражая тем, кто предлагал оставить в Верховном Совете СССР одну палату — Совет Союза, говорил:
«Я думаю, что эта поправка также неправильна. Однопалатная система была бы лучше двухпалатной, если бы СССР представлял единое национальное государство. Но СССР не есть единое национальное государство. СССР есть, как известно, многонациональное государство. У нас имеется верховный орган, где представлены общие интересы всех трудящихся СССР независимо от их национальности. Это — Совет Союза. Но у национальностей СССР кроме общих интересов имеются ещё свои особые, специфические интересы, связанные с их национальными особенностями. Можно ли пренебрегать этими специфическими интересами? Нет, нельзя. Нужен ли специальный верховный орган, который отражал бы эти именно специфические интересы? Безусловно нужен. Не может быть сомнения, что без такого органа невозможно было бы управлять таким многонациональным государством, как СССР. Таким органом является вторая палата, Совет Национальностей СССР»[18].
В Сталинской Конституции СССР последовательно осуществлены принципы равенства обеих палат Верховного Совета СССР, что гарантирует отражение в верховном органе страны как общих, так и специфических национальных интересов народов СССР.
Структура органов государственной власти в СССР — двухпалатная система Верховного Совета СССР при равноправии обеих палат, Верховные Советы союзных и автономных республик, наличие наряду с союзными министерствами союзно-республиканских и республиканских министерств, отражающих специфические интересы национальностей, наконец, национализация всех органов Советской власти снизу доверху во всех республиках — обеспечивает действительное равенство прав национальностей во всех сферах государственной и общественной жизни и максимальное приближение государственного аппарата к массам.
Разумеется, структура органов власти в СССР и система управления в силу указанных причин довольно сложна. Националисты различных оттенков не раз предлагали её «упростить». Большевистская партия, товарищ Сталин решительно разоблачали такие предложения как буржуазно-националистические. Самая «простая» система управления, разъяснял товарищ Сталин, установлена буржуазией в колониях, а также в метрополиях по отношению к национальным меньшинствам. Во главе колоний стоит губернатор. Национальностям, населяющим данную колонию, фактически не предоставлено никаких прав, а в результате «возникают трения, трения переходят в конфликты, конфликты — в восстания. Потом восстания подавляются. Такая система управления — не наша система, к тому же она слишком дорога, хотя и проста»[19].
Советская система, конечно, сложнее, чем «система губернаторов». Но, говорит товарищ Сталин, советская система облегчает дело управления в интересах народных масс, даёт возможность полностью выражать интересы народных масс. Эта система управления «потому называется Советской властью, народной властью, что, опираясь на самые низы, она раньше всех улавливает всякое изменение, принимает соответствующие меры и исправляет линию вовремя, если она искривилась, — сама себя критикует и исправляет линию»[20].
Государственное устройство СССР и советская система управления полностью отражают многонациональный характер нашей страны и специфические интересы каждого народа, входящего в СССР. Это обеспечивает сплочённость народов Советского Союза и несокрушимую прочность многонационального Советского социалистического государства.
История развития Советского многонационального государства есть история его укрепления и усиления. Связи между народами СССР росли и крепли, дружба народов СССР упрочивалась. Окраины бывшей царской России, получив от Советской власти право на отделение, после создания Советской власти у себя добровольно пошли на создание единого, централизованного союзного государства.
Право на отделение, ликвидация национального гнёта и полное равноправие национальностей не могли не породить тягу к объединению на началах равенства и добровольности. И. В. Сталин говорил:
«Ленин иногда изображал тезис о национальном самоопределении в виде простой формулы: «разъединение для объединения». Вы только подумайте — разъединение для объединения. Это отдаёт даже парадоксом. А между тем эта «противоречивая» формула отражает ту жизненную правду марксовой диалектики, которая даёт большевикам возможность брать самые неприступные крепости в области национального вопроса»[21].
Эта жизненная правда марксовой диалектики в политике большевистской партии блестяще подтверждена опытом СССР — добровольного союза равноправных народов. Интересы всех советских республик требовали установления самого тесного сотрудничества в области военной, хозяйственной и политической, что не обеспечивалось полностью договорными отношениями, существовавшими между ними до декабря 1922 г.
Три основных фактора, как показал товарищ Сталин, содействовали объединению народов в одно государство.
Во-первых, хозяйственное сближение народов, установившееся ещё до революции и укреплённое Советской властью; известное разделение труда между народами, возникшее до революции и укреплённое Советской властью; единая система средств сообщения, связывающая центр с окраинами, и т. д.
Во-вторых, социалистическая природа Советской власти. Советская власть, интернациональная по своей сущности, обеспечивает равноправие национальностей и воспитывает народные массы в духе взаимного уважения, братского сотрудничества и дружбы трудящихся всех наций.
В-третьих, внешнее положение советских республик, возникших в результате прорыва империалистической цепи в России и окружённых со всех сторон враждебными капиталистическими странами, требовало объединения сил. Капиталистические страны организовывали экономическую и дипломатическую блокаду советских республик, выжидали удобного случая для нападения на них. Чтобы успешно противостоять кольцу враждебного капиталистического окружения, нужно было иметь единый экономический, военный и дипломатический фронт советских республик, организуемый единым Советским государством.
Таковы факторы, содействовавшие объединению советских республик в единое союзное государство.
Наряду с факторами, содействовавшими объединению советских республик, были и факторы, тормозившие это объединение. Их, как указывал товарищ Сталин, также насчитывалось три: великорусский шовинизм, фактическое неравенство народов и местный национализм.
Большевистская партия вела народы к объединению, преодолевая тормозящие факторы. Она добилась объединения советских республик в единый государственный союз в целях объединения сил трудящихся всех наций для строительства социализма, для укрепления обороны страны и для всестороннего развития всех национальностей нашей Родины.
Основой создания Союза Советских Социалистических Республик явились правовое равенство и добровольность объединения в государственный союз. Большевистская партия, создавая СССР, руководствовалась указанием товарища Сталина о том, что никакое объединение народов в единое государство не может быть прочным, если оно не имеет в своей основе полной добровольности, если сами народы не хотят объединения. Большевистская партия руководствовалась также сталинским указанием о правовом равенстве народов как непременном условии для объединения наций и вела народы к последующей ликвидации фактического неравенства между ними.
Все республики, входящие в СССР, в одинаковой мере пользуются благами Союза и в одинаковой степени отказываются от некоторых своих прав в пользу Союза. В связи с последним обстоятельством при создании СССР «некоторые задают чисто схоластический вопрос: а что же, после объединения остаются ли республики независимыми? Это — вопрос схоластический. Их независимость ограничивается, ибо всякое объединение есть некое ограничение ранее имевшихся прав у тех, которые объединились. Но основные элементы независимости остаются, безусловно, за каждой республикой, хотя бы потому, что каждая республика имеет право одностороннего выхода из состава Союза»[22]. Вот где элементы независимости, вот максимум независимости в потенции, который у каждой из республик, входящих в Союз Советских Социалистических Республик, остаётся и который она может всегда осуществить.
Сближение советских республик и объединение их в едином союзном государстве содействовало дальнейшему укреплению каждой из них. В этом отношении развитие и укрепление Советского многонационального государства представляло двуединый процесс, в полном соответствии с принципами материалистической, марксистской диалектики: с одной стороны шёл процесс хозяйственного и культурного развития советских республик и расширение их прав, с другой — процесс укрепления и роста могущества союзного государства. При этом укрепление могущества союзного государства являлось условием развития советских республик. В свою очередь развитие советских республик знаменовало собой укрепление общесоюзного государства. Эта «противоречивость» развития многонационального Советского социалистического государства составляет характерную черту, закон его развития. Ярким примером этого является преобразование наркоматов обороны и иностранных дел из общесоюзных в союзно-республиканские.
При объединении советских республик товарищ Сталин вёл решительную борьбу с националистами — Раковским, Скрынником и другими, которые возражали против слияния Народного комиссариата иностранных дел и Наркомвнешторга в общесоюзные наркоматы и отстаивали перевод этих наркоматов в разряд директивных. Товарищ Сталин квалифицировал тогда эти и другие предложения украинских националистов как свидетельство перехода с позиций федерации на позиции конфедерации, т. е. на позиции фактического расчленения единого государства. Он отметил, что некоторые украинские делегаты руководствовались желанием «добиться в смысле определения характера Союза чего-то среднего между конфедерацией и федерацией с перевесом в сторону конфедерации. А между тем ясно, что мы создаём не конфедерацию, а федерацию республик, одно союзное государство, объединяющее военные, иностранные, внешнеторговые и прочие дела, государство, наличие которого не умаляет суверенности отдельных республик»[23].
Слияние наркоматов военных и иностранных дел в общесоюзные сыграло колоссальную положительную роль в укреплении обороны нашей Родины и в повышении международной роли и авторитета социалистического государства. Но уже тогда, при создании СССР, товарищ Сталин предупреждал, что вопрос о слиянии тех или иных наркоматов — вопрос частный, который должен решаться конкретно, с учётом внутренней и международной обстановки, что с изменением этой обстановки он может быть пересмотрен. На XII съезде партии товарищ Сталин говорил:
«Национальный вопрос мы будем ставить ещё не раз, ибо условия национальные и международные меняются и ещё могут измениться. Я не зарекаюсь от того, что, быть может, нам придётся некоторые комиссариаты, которые мы сливаем в составе Союза Республик, потом разъединить»[24].
Победа социализма в СССР и дальнейшее укрепление большевистской партии и Советского государства, ликвидация остатков недоверия между народами СССР и упрочение дружбы народов, дальнейшее возрастание международного авторитета и рост Советского Союза, изменение соотношения сил на международной арене в пользу социализма создали условия для разделения некоторых общесоюзных наркоматов и преобразования их в союзно-республиканские.
По инициативе товарища Сталина 10‑я сессия Верховного Совета СССР первого созыва в феврале 1944 г. приняла закон о преобразовании общесоюзных наркоматов обороны и иностранных дел в союзно-республиканские, о создании наркоматов иностранных дел в союзных республиках и учреждении национальных войсковых формирований.
«Это преобразование означает большое расширение деятельности союзных республик, которое стало возможным в результате их политического, экономического и культурного роста, иначе говоря — в результате их национального развития, — говорил В. М. Молотов на 10‑й сессии Верховного Совета. — В этом нельзя не видеть нового важного шага в практическом разрешении национального вопроса в многонациональном советском государстве, нельзя не видеть новой победы нашей Ленинско-Сталинской национальной политики. Однако, это преобразование стало возможным не просто в результате укрепления наших республик. Оно стало возможным в результате достигнутого укрепления нашего общесоюзного государства в целом»[25].
Преобразование Наркомата обороны и Наркомата иностранных дел из общесоюзных в союзно-республиканские, будучи новым шагом вперёд в разрешении национального вопроса в СССР, сыграло важную роль в дальнейшем укреплении общесоюзного государства. Предоставляя союзным республикам право непосредственно заключать договоры и соглашения с другими странами, Советская Конституция обеспечивает более полное удовлетворение специфических хозяйственных, политических и культурных нужд союзных республик, делает более многообразными связи Советского государства в целом с другими странами и ещё более повышает международный авторитет Советского Союза — Родины равноправных народов.
«Создание новых войсковых формирований в союзных республиках, подготовленное боевым содружеством народов СССР в Отечественной войне и всей историей нашего государства, ещё более укрепит Красную Армию и вольёт в её ряды новые, боевые силы»[26], — говорил товарищ Сталин.
Расширение прав союзных республик ещё более укрепляет доверие и дружбу, соединяющие все народы Советского Союза, повышает советский патриотизм, горячую приверженность и любовь народов к своей единой многонациональной социалистической Родине — Советскому Союзу, что служит делу дальнейшего усиления могущества общесоюзного государства.
Всё это свидетельствует о том, что развитие советских республик и расширение их прав при социализме составляют условия роста могущества союзного государства, условие успехов коммунистического строительства, а рост могущества союзного государства служит делу расцвета союзных республик. Именно поэтому Союз Советских Социалистических Республик является прообразом грядущей мировой социалистической республики.
Великая Отечественная война Советского Союза ещё более сплотила народы Советского Союза и укрепила их дружбу. Ещё в самый разгар Отечественной войны, 6 ноября 1943 г., товарищ Сталин говорил:
«Все народы Советского Союза единодушно поднялись на защиту своей Родины, справедливо считая нынешнюю Отечественную войну общим делом всех трудящихся без различия национальности и вероисповедания. Теперь уже сами гитлеровские политики видят, как безнадёжно глупыми были их расчёты на раскол и столкновения между народами Советского Союза. Дружба народов нашей страны выдержала все трудности и испытания войны и ещё более закалилась в общей борьбе всех советских людей против фашистских захватчиков.
В этом источник силы Советского Союза»[27].
Победа СССР в Великой Отечественной войне была, как учит товарищ Сталин, победой советского общественного и государственного строя, победой коммунистической идеологии дружбы и сотрудничества народов над буржуазной идеологией ненависти и вражды народов, рас и национальностей. Эта победа показала также, что советский государственный строй является наилучшим не только для организации сотрудничества народов в целях строительства коммунизма и развития социалистических наций, но и наилучшей формой организации сотрудничества народов в целях ведения справедливой, освободительной войны.
Из Великой Отечественной войны Советское социалистическое государство вышло ещё более могучим, а советский государственный строй ещё более прочным, чем он был ранее. После войны с ещё большим размахом развернулось коммунистическое строительство. Воздвигаются великие стройки коммунизма, имеющие всенародное значение: грандиозные Куйбышевская и Сталинградская гидроэлектростанции на Волге и каналы Волго-Донской и Северо-Крымский в РСФСР, Каховская гидроэлектростанция на Днепре и Южно-Украинский канал в Украинской ССР, Главный Туркменский канал в Туркменской ССР и т. д. Все эти стройки осуществляются всем многонациональным советским народом в интересах всей советской Родины.
Нерушимая дружба народов СССР — могучая движущая сила развития советского общества. Эта движущая сила получает своё дальнейшее развитие. Дружба народов Советского Союза, неразрывно связанная с советским патриотизмом, составляет монолитную основу могущества Советского социалистического государства. Она служит залогом успехов коммунистического строительства в нашей стране, залогом победы коммунизма во всемирном масштабе.




[1] И. В. Сталин, Вопросы ленинизма, изд. 11, стр. 513.
[2] В. И. Ленин, Соч., т. 19, изд. 4, стр. 453.
[3] И. В. Сталин, Соч., т. 4, стр. 67.
[4] И. В. Сталин, Соч., т. 3, стр. 25.
[5] В. И. Ленин, Соч., т. 25, изд. 4, стр. 420–421.
[6] В. И. Ленин, Соч., т. 25, изд. 4, стр. 418.
[7] И. В. Сталин, Соч., т. 3, стр. 29–30.
[8] И. В. Сталин, Соч., т. 3, стр. 30–31.
[9] И. В. Сталин, Соч., т. 5, стр. 22.
[10] И. В. Сталин, Соч., т. 2, стр. 361–362.
[11] И. В. Сталин, Соч., т. 4, стр. 355.
[12] И. В. Сталин, Соч., т. 4, стр. 355.
[13] И. В. Сталин, Вопросы ленинизма, изд. 11, стр. 528, 529.
[14] И. В. Сталин, Соч., т. 4, стр. 359.
[15] И. В. Сталин, Соч., т. 4, стр. 358.
[16] И. В. Сталин, Соч., т. 7, стр. 137.
[17] И. В. Сталин, Соч., т. 8, стр. 151.
[18] И. В. Сталин, Вопросы ленинизма, изд. 11, стр. 529–530.
[19] И. В. Сталин, Соч., т. 5, стр. 259.
[20] И. В. Сталин, Соч., т. 5, стр. 260.
[21] И. В. Сталин, Соч., т. 12, стр. 370.
[22] И. В. Сталин, Соч., т. 5, стр. 243.
[23] И. В. Сталин, Соч., т. 5, стр. 336.
[24] И. В. Сталин, Соч., т. 5, стр. 260–261.
[25] В. М. Молотов, О преобразовании Наркомата обороны и Наркоминдела из общесоюзных в союзно-республиканские наркоматы, Госполитиздат, 1944, стр. 6.
[26] И. В. Сталин, О Великой Отечественной войне Советского Союза, 1951, стр. 138.
[27] И. В. Сталин, О Великой Отечественной войне Советского Союза, стр. 118–119.

Вернуться к оглавлению.

Комментариев нет: